Судебное установление отцовства в отношении внебрачных детей

Установление отцовства

Юридические права и обязанности между родителями и детьми возникают только на основе государственной регистрации происхождения ребенка. Дети, рожденные в зарегистрированном браке и рожденные во внебрачных отношениях, имеют равные права, только в том случае если их происхождение было удостоверено в законном порядке установления отцовства (ст. 53 СК РФ).

Установление отцовства

Есть две возможности установления отцовства — добровольное, и установление отцовства в судебном порядке. Суд может установить отцовство в исковом производстве и в порядке особого производства, если отец ребенка умер и такое установление требуется для защиты наследственных прав ребенка.

Добровольное установление отцовства

В соответствии с п. 3 ст. 48 СК РФ совместным заявлением отца и матери ребенка можно зарегистрировать отцовство, если женщина не находится в зарегистрированном браке. Для этого мать и биологический отец должны обратиться с заявлением в ЗАГС. Сделать это можно и после регистрации рождения ребенка. В случае если мать находится в официальном браке, но муж (бывший муж) не является отцом ребенка, то она вместе с биологическим отцом ребенка может подать совместное заявление в ЗАГС и зарегистрировать его на настоящего отца.

В случае если запись об отцовстве была сделана совместным заявлением отца и матери ребенка в органах ЗАГС, но у мужчины появились основания не считать себя биологическим отцом ребенка, то он вправе оспорить отцовство в судебном порядке. Пройти всю процедуру самостоятельно достаточно сложно, услуги адвоката по семейным делам не будут лишними.

Установление отцовства в судебном порядке

Установление отцовства в судебном порядке необходимо при наличии условий:

  • ребенок, в отношении которого необходимо установить отцовство, родился вне брака;
  • мать отказывается от подачи совместного заявления в органы ЗАГС;
  • отец уклоняется от добровольного установления отцовства путем подачи совместного заявления с матерью или самостоятельного заявления (в случае смерти матери, признания ее недееспособной, невозможности установления ее места нахождения, лишения родительских прав).

Заявление об установлении отцовства может быть подано в суд только следующими гражданами:

  • одним из родителей;
  • опекуном (попечителем) ребенка;
  • лицом, на иждивении которого находится ребенок;
  • самим ребенком, достигшим совершеннолетия

Подсудность таких исков для отца ребенка является общей — то есть иск подается по месту жительства ответчика. Если же мать желает установить отцовство ребенка, то может подать иск по своему выбору — по своему месту жительства или по месту жительства ответчика — то есть отца ребенка.

Целесообразно в случае подачи заявления об установлении отцовства матерью ребенка сразу же подать и на взыскание алиментов. Алименты будут взысканы с момента установления отцовства. За предыдущий период с момента рождения ребенка алименты не взыскиваются.

Подача иска о признании отцовства

К заявлению следует приложить следующие документы:

  • копию иска для ответчика,
  • квитанцию об оплате государственной пошлины (300 рублей);
  • копию свидетельства о рождении ребенка;
  • справку с места жительства ребенка, если иск подает мать по своему месту жительства;
  • доказательства, подтверждающие отцовство ребенка с копиями для ответчика и лиц, участвующих в деле.

Далее суд рассмотрит поданные документы и в течение 5 дней должен назначить дату предварительного судебного заседания в порядке подготовки дела к судебному разбирательству.

На предварительном судебном разбирательстве будут решаться вопросы о необходимости получения новых доказательств, назначения экспертизы. Если истцу или ответчику трудно представить доказательства, то следует составить ходатайства об истребовании доказательств, указать, какие именно обстоятельства может подтвердить или опровергнуть данное доказательство, где оно находится. Также на этом заседании можно ходатайствовать о назначении экспертизы для установления отцовства.

Если назначена экспертиза, то она может быть проведена как до первого заседания в порядке подготовки дела, так и позже. Экспертиза обычно делается по анализу крови и проводится в специальных учреждениях. В Москве это Бюро судебной экспертизы, стоимость такой экспертизы составляет около 17 000 рублей. В случае выигрыша по делу расходы можно возложить на противоположную сторону.

Если другая сторона будет уклоняться от проведения экспертизы, принудительно проводить экспертизу суд не может. Но с учетом других доказательств и отказа от экспертизы суд все равно может вынести решение об установлении отцовства.
Другими доказательствами отцовства могут быть письменные документы

  • переписка, денежные переводы, документы о получении посылок,
  • выписки из биографии и личного дела ответчика,
  • его ходатайства об устройстве детей истицы в детские учреждения,
  • справки о составе семьи,
  • документы из медицинских учреждений,
  • документы, подтверждающие, что время зачатия ребенка относится к периоду, когда стороны проживали вместе, и т.д.

Также можно приобщить фотографии, просмотреть видеосъемку. Можно просить суд вызвать в качестве свидетелей лиц, которые могут подтвердить близкое общение матери ребенка и предполагаемого отца ребенка, другие обстоятельства по делу.

Установление факта признания отцовства в порядке особого производства

Если предполагаемый отец ребенка умер, но признавал при жизни себя отцом ребенка, то нужно обратиться в суд по месту жительства заявителя об установлении юридического факта признания умершим своего отцовства (ст. 50 СК РФ, п.4 ст. 264, ст. 265-268 ГПК РФ). Такое установление факта признания отцовства чаще всего требуется для получения наследства и включения ребенка в число наследников, а также для назначения ребёнку пенсии по потере кормильца.

В заявлении следует указать заинтересованных лиц по делу. При установлении отцовства с целью получения наследства такими заинтересованными лицами будут наследники умершего. Если наследников нет, то в качестве заинтересованного лица привлекается государство, представителем которого является налоговая инспекция. Если умерший оставил завещание, то в случае установления отцовства несовершеннолетний ребенок будет иметь право на получение обязательной доли в соответствии со ст. 1149 ГК РФ. Если цель установления факта — назначение пенсии по случаю потери кормильца, то заинтересованным лицом следует указать орган социальной защиты населения, который будет назначать пенсию.

СЕМЕЙНОЕ ПРАВО РОССИИ

Установление отцовства в судебном порядке. Установле­ние отцовства влечет необходимость несения отцом определен­ных законом обязанностей, возникающих в связи с рождением ребенка. Поэтому далеко не все лица при рождении ребенка у несостоящей с ними в браке женщины добровольно признают свое фактическое отцовство, уклоняясь от его «оформления» путем подачи соответствующего заявления в орган загса. Это нередко приводит к установлению происхождения ребенка от конкретного мужчины (отцовства) в судебном порядке по тре­бованию заинтересованных лиц.

К необходимым условиям установления отцовства лица в судебном порядке закон (ст. 49 СК) относит следующие обсто­ятельства: а) отсутствие зарегистрированного брака между родителями ребенка; б) отсутствие совместного заявления родителей или отца ребенка в орган загса об установлении отцовства; в) отсутствие согласия органа опеки и попечи­тельства на установление отцовства по заявлению отца ре­бенка в случае смерти матери, признания ее недееспособной, невозможности установления места нахождения матери или в случае лишения ее родительских прав.

Инициатором установления отцовства в судебном порядке чаще всего выступает мать ребенка. Однако ст. 49 СК предус­мотрена возможность подачи заявления в суд об установлении отцовства и иными лицами. В частности, суд обязан принимать исковые заявления об установлении отцовства не только от матери, но и от отца ребенка. На практике такое может быть в случаях, если мать ребенка: а) отказалась подать совместное с отцом ребенка заявление в орган загса об установлении отцов­ства (ч. 1 п. 3 ст. 48 СК); б) если мать умерла, признана недеес­пособной, невозможно установить место ее нахождения либо она лишена родительских прав, а орган опеки и попечитель­ства не дал согласие на установление отцовства в органе загса только на основании заявления отца ребенка (см. ч. 1 п. 3 ст. 48 СК; п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 г. № 9).

К числу лиц, имеющих право обратиться в суд с исковым заявлением об установлении отцовства, относится также опе­кун (попечитель) ребенка. Исковое заявление может быть по­дано и лицами, на иждивении которых находится ребенок, при этом они не являются его опекунами (попечителями). На прак­тике ими чаще всего являются близкие родственники ребенка (дедушка, бабушка, тетя, дядя и т. д.), хотя не исключено нахождение ребенка на иждивении и у совершенно посторон­них для него лиц. Обратиться в суд с требованием об установ­лении отцовства вправе и сам ребенок по достижении им со­вершеннолетия.

Учитывая, что законом не установлен срок исковой дав­ности по делам данной категории, отцовство может быть установлено судом в любое время после рождения ребенка. Одна­ко необходимо иметь в виду, что в силу п. 4 ст. 48 СК установ­ление отцовства в отношении лица, достигшего возраста во­семнадцати лет, допускается только с его согласия, а если оно признано недееспособным, — с согласия его опекуна или орга­на опеки и попечительства.

Дела об установлении отцовства рассматриваются судами в порядке искового производства. Естественно, что чаще все­го иск предъявляется к предполагаемому отцу, за исключени­ем весьма редко встречающихся в судебной практике случаев, когда иск подан им самим вследствие отказа матери подать в орган загса совместное заявление об установлении отцовства. Одновременно с иском об установлении отцовства может быть предъявлено требование о взыскании алиментов на несовер­шеннолетнего ребенка. С иском об установлении отцовства и взыскании алиментов на несовершеннолетнего ребенка истец вправе по своему выбору обратиться в суд по месту житель­ства ответчика или в суд по своему месту жительства (ст. 118 ГПК). В случаях, если место пребывания лица, к которому предъявлен иск об установлении отцовства и взыскании али­ментов, неизвестно, то судом в соответствии со ст. 112 ГПК может быть объявлен его розыск.

Судебные споры об установлении отцовства относятся к категории достаточно сложных дел. Как правило, они продол­жительны по срокам рассмотрения и морально тяжелы для всех участвующих в них лиц.

Запись об отце ребенка, произведенная органом загса, является доказательством происхождения ребенка от указан­ного в ней лица. Поэтому при рассмотрении иска об установле­нии отцовства в отношении ребенка, отцом которого уже зна­чится конкретное лицо (п. 1 и 2 ст. 51 СК), оно должно быть обязательно привлечено судом к участию в деле, так как в случае удовлетворения заявленных требований прежние све­дения об отце должны быть исключены (аннулированы) из ак­товой записи о рождении ребенка * .

* См.: п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 г. №9.

Если при рассмотрении дела об установлении отцовства ответчик выразил согласие подать заявление об установлении отцовства в орган загса, то суд должен выяснить, не означает ли это признание ответчиком своего отцовства, и обсудить вопрос о возможности принятия признания ответчиком иска и вынесения решения об удовлетворении заявленных требований (ч. 2 ст. 34, ч. 5 ст. 165 ГПК) * , а утверждать мировые соглаше­ния по данной категории дел суды не могут.

* См.: п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 г. № 9.

Вопрос об основаниях установления отцовства в судеб­ном порядке заслуживает особого внимания. Ранее действовавшим законодательством (ч. 2 ст. 48 КоБС) предусматрива­лось, что при установлении отцовства суд принимает во внимание только следующие обстоятельства: а) совместное про­живание и ведение общего хозяйства матерью ребенка и ответчиком до рождения ребенка; б) или совместное воспитание либо содержание ими ребенка; в) или доказательства, с достоверностью подтверждающие признание ответчиком отцовства для установления судом отцовства. Достаточно было наличия одного из указанных обстоятельств. С принятием СК суд не связан подобными формальными ограничениями при решении вопроса об установлении отцовства. Теперь в каждом конкретном случае решение по исковому заявлению об установлении отцовства будет приниматься судом с учетом любых доказательств, с достоверностью подтверждающих происхождение ребенка от конкретного лица (ст. 49 СК). Таким образом, суд должен установить один-единственный факт — действитель­ное происхождение ребенка.

В связи с существенным отличием предусмотренных дей­ствующим законодательством оснований для установления от­цовства от тех, что предусматривались в ст. 48 КоБС, и поло­жениями п. 1 ст. 168 и п. 1 ст. 169 СК о применении норм Ко­декса к семейным отношениям, возникшим после введения его в действие, следует иметь в виду, что суд, решая вопрос о том, какой нормой следует руководствоваться при рассмотре­нии дела об установлении отцовства — ст. 49 СК или ст. 48 КоБС, должен исходить из даты рождения ребенка. Так, в отношении детей, родившихся после введения в действие СК (то есть 1 мар­та 1996 г. и позднее этой даты), суд должен принимать во вни­мание любые доказательства, с достоверностью подтверждаю­щие происхождение ребенка от конкретного лица. В отноше­нии же детей, родившихся до введения СК в действие (то есть до 1 марта 1996 г.), суд, решая вопрос об отцовстве, дол­жен руководствоваться ч. 2 ст. 48 КоБС, принимая во внимание совместное проживание и ведение общего хозяйства ма­терью ребенка и ответчиком до рождения ребенка или совмес­тное воспитание либо содержание ими ребенка или доказа­тельства, с достоверностью подтверждающие признание от­ветчиком отцовства * . Поэтому ч. 2 ст. 48 КоБС будет приме­няться в судебной практике и впредь.

* См.: п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 г. № 9.

Вместе с тем рассмотренное правило о применении зако­нодательства по основаниям установления отцовства следует применять на практике гибко, поскольку в силу ч. 2 ст. 306 ГПК формальные мотивы, связанные с необходимостью при­менения судом ст. 48 КоБС или ст. 49 СК (в зависимости от даты рождения ребенка), не всегда могут повлечь отмену су­дебного решения об установлении отцовства, если оно пра­вильно по существу, то есть получены достоверные доказа­тельства происхождения ребенка от конкретного лица. Харак­терным примером является следующее определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ * .

* См.: БВС РФ. 1997. № 10.

Мозговая обратилась в суд с иском к Сербину об установле­нии отцовства в отношении сына и взыскании алиментов, ссыла­ясь на следующие обстоятельства. В период с января до начала сентября 1993 г. она проживала с Сербиным единой семьей, вела с ним общее хозяйство, он заботился о ней и намерен был заре­гистрировать брак после оформления развода с женой. 21 апреля 1994 г. от Сербина у нее родился сын. Однако после рождения ребенка Сербин ее оставил и отказался признать себя отцом. Решением Советского районного суда г. Ростова-на-Дону (остав­ленным без изменения судебной коллегией Ростовского област­ного суда) иск удовлетворен.

Президиум Ростовского областного суда судебные постанов­ления отменил, считая, что нормы материального права приме­нены неправильно, и дело направил на новое рассмотрение. За­меститель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поста­вил вопрос об отмене постановления надзорной инстанции. Су­дебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 12 мая 1997 г. протест удовлетворила по следующим основаниям.

В силу п. 1 ст. 330 ГПК РСФСР основанием к отмене реше­ния, определения, постановления суда является неправильное применение или толкование норм материального права. Отменяя судебные постановления по делу, президиум областного суда указал на неправильное применение ст. 49 Семейного кодекса Российской Федерации, введенного в действие с 1 марта 1996 г., при­ведя такие доводы.

Поскольку у Мозговой родился ребенок 21 апреля 1994 г., в отношении возникшего спора об отцовстве ребенка, по мнению президиума областного суда, подлежали применению нормы ма­териального права, действовавшие на момент рождения ребенка. Семейный кодекс Российской Федерации введен в действие с 1 марта 1996 г. (ч. 1 ст. 168 СК РФ), и его нормы в силу ч. 1 ст. 169 СК РФ применяются к семейным отношениям, возникшим после введения его в действие. Президиум областного суда сослался также на разъяснение, данное Пленумом Верховного Суда РФ в п. 2 постановления от 25 октября 1996 г. «О применении судами Семейного кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об установлении отцовства и о взыскании алиментов», о том, что, поскольку обстоятельства для установления отцовства в судеб­ном порядке, предусмотренные ст. 49 СК РФ, существенно отли­чаются от тех, которые предусматривались ст. 48 КоБС РСФСР, при рассмотрении дел этой категории суд должен исходить из даты рождения ребенка.

Президиум правильно указал на допущенную судами пер­вой и кассационной инстанций ошибку при ссылке на норму ма­териального права. Однако неправильная ссылка в решении и кассационном определении на ст. 49 СК РФ по данному делу не могла служить основанием к пересмотру судебных постановле­ний.

Согласно ч. 2 ст. 48 КоБС РСФСР при установлении отцов­ства суд принимает во внимание совместное проживание и веде­ние общего хозяйства матерью ребенка и ответчиком до рожде­ния ребенка или совместное воспитание либо содержание ими ребенка, или доказательства, с достоверностью подтверждающие признание ответчиком отцовства.

Как видно из материалов дела и содержания решения, рай­онный суд правильно определил обстоятельства, которые в соот­ветствии со ст. 48 КоБС РСФСР имеют юридическое значение для разрешения спора об отцовстве. Истица представила суду такие доказательства.

При вынесении решения районный суд сослался на показа­ния свидетелей Полигримовой и других, которые подтвердили обстоятельства совместного проживания сторон, посещения Сербиным Мозговой в родильном доме, его внимательного и забот­ливого отношения к ней до рождения ребенка, а также дал оцен­ку и показаниям свидетелей со стороны ответчика о его нор­мальных взаимоотношениях с женой. Суд принял во внимание и тот факт, что Сербии отказался от прохождения биологической экспертизы крови.

В соответствии со ст. 56 ГПК РСФСР суд всесторонне и пол­но дал оценку представленным сторонами доказательствам в их совокупности и постановил обоснованное решение об удовлетво­рении иска. Основанием к пересмотру дела послужили формаль­ные мотивы, которые в силу ч. 2 ст. 306 ГПК РСФСР не могли повлечь отмены по существу правильного решения.

Совместное проживание и ведение общего хозяйства от­ветчиком с матерью ребенка до его рождения как основание установления отцовства по ч. 2 ст. 48 КоБС в отношении детей, родившихся до введения в действие СК, может подтверждаться наличием обстоятельств, характерных для семейных отноше­ний: проживание матери и предполагаемого отца ребенка в одном жилом помещении, совместное питание, взаимная забо­та друг о друге, приобретение имущества для совместного пользования и т. п. Характерно, что при ведении общего хо­зяйства затраты средств и труда обоих или одного из совмест­но проживающих лиц направлены на удовлетворение общих семейно-бытовых потребностей (приготовление пищи, стирка, уборка, закупки продуктов питания и предметов первой необ­ходимости). Таким образом, речь идет о наличии устойчивых, фактических семейных отношений между матерью ребенка и ответчиком. Закон не требует, чтобы их совместное прожива­ние и ведение общего хозяйства продолжались до самого рож­дения ребенка, не установлена законом и длительность подоб­ных отношений. Прекращение таких отношений сторон до рож­дения ребенка само по себе не может служить основанием для отказа в удовлетворении иска об установлении отцовства, за исключением случаев, когда они были прекращены до начала беременности матери. Отсюда следует, что главным здесь яв­ляется установление факта семейных отношений на протяже­нии какого-то времени между матерью ребенка и ответчиком от момента зачатия ребенка до рождения ребенка. Не исклю­чено также, что отцовство по данному основанию может быть установлено в случаях, когда мужчина и женщина не прожи­вали совместно по объективным причинам (отсутствие собствен­ного жилья, проживание в разных общежитиях), но факти­чески семья сложилась и они вели «общее хозяйство в специ­фических условиях и формах. Так, если будет доказано, что ответчик регулярно приходил к истице, ночевал у нее (или наоборот), они вместе питались, приобретали вещи для совме­стного пользования, ответчик высказывал намерение «узако­нить» фактически сложившиеся семейные отношения и т. п. — о суд вправе сделать вывод о наличии оснований для уста­новления отцовства. Что же касается фактов взаимных посе­лений сторонами друг друга в целях проведения досуга (просмотр видеофильмов, компьютерные игры и т. п.), совместного питания (но не за счет общих средств, а на долевых началах), или случаев интимной близости истицы и ответчика, то они не могут являться основанием установления отцовства, так как все свидетельствуют о их совместном проживании и ведении общего хозяйства в том смысле, который вкладывает в это понятие закон.

Совместное проживание и ведение общего хозяйства ответчиком с матерью ребенка до его рождения может быть под­тверждено как свидетельскими показаниями, так и другими доказательствами.

Другим основанием установления отцовства, которое пре­дусматривается ч. 2 ст. 48 КоБС, является участие предполагаемого отца в воспитании либо содержании ребенка. Закон не требует, чтобы одновременно имели место и воспитание ре­бенка, и содержание ребенка. Суду достаточно установить хотя бы одно из этих обстоятельств, хотя зачастую предполагаемый отец ребенка одновременно может участвовать в расходах по содержанию ребенка и проявлять заботу и внимание к ребен­ку, то есть воспитывать.

Совместное воспитание ребенка имеет место, когда ребе­нок проживает с матерью и ответчиком (то есть предполагае­мым отцом) или ответчик общается с ребенком, проявляет о нем родительскую заботу и внимание (совместный отдых, игры; ответчик приводит или забирает ребенка из детского сада, встречает его при возвращении из школы, организует ребенку летний отдых и другие подобные факты). Под совместным со­держанием ребенка матерью и ответчиком следует понимать нахождение ребенка на их иждивении или оказание ответчи­ком систематической помощи в содержании ребенка, незави­симо от размера этой помощи. Материальная помощь ответчи­ка должна быть постоянной, а не носить эпизодический или единичный характер. Возможно и ее оказание родственниками предполагаемого отца (бабушкой, дедушкой ребенка и т. д.), если сам отец не имеет такой возможности по каким-либо причинам (безработный, болезнь, нахождение за рубежом, призыв на военную службу и т. д.). Содержание ответчиком ребен­ка может быть подтверждено как письменными доказатель­ствами (квитанции о переводе денег, справки и счета об оплате товаров и услуг и т. п.), так и иными доказательствами, включая свидетельские показания.

Третьим основанием установления отцовства по ч. 2 ст. 48 КоБС являются доказательства, с достоверностью подтверж­дающие признание ответчиком своего отцовства. Если совмес­тное проживание и ведение общего хозяйства матерью ребен­ка и предполагаемым отцом, а также воспитание либо содер­жание ими ребенка объективно свидетельствуют о предпола­гаемом отцовстве лица, то в данном случае речь идет о субъек­тивном, личном отношении лица к своему отцовству. К доказа­тельствам признания отцовства могут относиться письма отве­тчика, его анкеты, заявления и другие фактические данные. Такое признание могло быть выражено им как в период бере­менности матери, так и после рождения ребенка. Признание предполагаемым отцом своего отцовства может подтверждать­ся также показаниями свидетелей (родственников, друзей, зна­комых), вещественными доказательствами (например, фото­графией с надписью «на память дочери или сыну»). Решая воп­рос о допустимости доказательств, суд будет учитывать — пря­мо или косвенно они свидетельствуют о признании лицом сво­его отцовства.

Сами по себе рассмотренные обстоятельства (совместное проживание и ведение общего хозяйства матерью ребенка и ответчиком до рождения ребенка, или совместное воспитание либо содержание ими ребенка, или доказательства, с досто­верностью подтверждающие признание ответчиком отцовства) не всегда могут послужить основанием для безусловного и бес­спорного вывода об отцовстве лица. Судом должны быть при­няты во внимание и обязательно проверены те или иные до­воды ответчика, опровергающие сведения о его отцовстве (не­способность к оплодотворению по состоянию здоровья, отсут­ствие ответчика в месте совместного проживания с матерью ребенка на момент зачатия ребенка и т. п.). Поэтому, если в процессе рассмотрения спора об установлении отцовства под­тверждается одно из оснований, предусмотренных ч. 2 ст. 48 КоБС, но ответчик не признает себя отцом ребенка, суд для выяснения вопросов, связанных с происхождением ребенка, может назначить судебно-медицинскую экспертизу (с целью оп­ределения времени зачатия ребенка; установления того, спо­собен ли ответчик иметь детей, если он ссылается на неспособ­ность к деторождению; с целью исключения отцовства ответ­чика по признакам крови матери, ребенка и ответчика). Дан­ные экспертизы могут быть использованы судом с целью исключения отцовства ответчика.

Рассмотренные основания установления отцовства в судеб­ном порядке применяются в отношении детей, родившихся до 1 марта 1996 г., но они могут быть приняты во внимание судом и в отношении детей, родившихся после 1 марта 1996 г. Одна­ко при этом они уже не будут иметь обязательного характера для суда по сравнению с иными доказательствами, то есть они не могут быть признаны доказательствами, с достоверностью подтверждающими отцовство.

При установлении отцовства в отношении детей, родив­шихся после 1 марта 1996 г., суд принимает во внимание лю­бые доказательства (фактические данные), достоверно под­тверждающие происхождение ребенка от конкретного лица. Эти доказательства должны быть установлены с использовани­ем средств доказывания, перечисленных в ст. 49 ГПК, — объяс­нения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, письмен­ные доказательства, вещественные доказательства, заключе­ния экспертов. Например, к доказательствам отцовства конк­ретного лица могут быть отнесены различные документы (пись­ма ответчика, заявления по месту работы об оказании матери­альной помощи), устные заявления ответчика, соответствую­щее поведение ответчика во время беременности матери и после рождения ребенка (забота о матери, посещение ее в родиль­ном доме, встреча матери с новорожденным, поздравления с новорожденным, подбор имени ребенка и т. п.). Они могут пря­мо или косвенно свидетельствовать о том, что отцом ребенка является ответчик. В основу решения суда могут быть положе­ны и иные доказательства. Причем ни одно из них не может иметь приоритетного характера и должно рассматриваться лишь в совокупности с другими доказательствами, подтверждающи­ми или опровергающими представленные лицами, участвую­щими в деле, данные.

Не имеет существенного значения, к какому периоду вре­мени относятся добытые судом доказательства отцовства пред­полагаемого отца. Они могли быть зафиксированы как во вре­мя беременности матери (например, высказанное ответчиком желание иметь ребенка в результате факта интимной связи с женщиной, забота о матери будущего ребенка и др.), так и после рождения ребенка.

В необходимых случаях для разъяснения возникающих вопросов, связанных с происхождением ребенка, судом с учетом мнения сторон и обстоятельств дела (например, требую­щих специальных познаний в области медицины или биологии), может быть назначена экспертиза. Это возможно как при подготовке дела об установлении отцовства к судебному разбира­тельству, так и в ходе рассмотрения дела.

В этой связи следует отметить значение судебно-биологической экспертизы крови ребенка, ответчика и матери. Если ранее такая экспертиза могла лишь исключить отцовство от­ветчика, но не подтвердить его, то сейчас экспертиза крови, проведенная методом «геномной или генетической дактилоско­пии», позволяет с очень высокой степенью вероятности устано­вить — является ли ответчик биологическим отцом ребенка * . Вместе с тем заключение экспертизы по вопросу о происхож­дении ребенка, в том числе проведенной методом «генетичес­кой дактилоскопии», в силу ст. 78 ГПК является лишь одним из доказательств, которое должно быть оценено судом в сово­купности с другими имеющимися в деле доказательствами, поскольку в соответствии с ч. 2 ст. 56 ГПК никакие доказатель­ства не имеют для суда заранее установленной силы ** . Что же касается случаев неявки стороны на экспертизу по делам об установлении отцовства, когда без этой стороны экспертизу провести невозможно, либо непредставления экспертам необ­ходимых предметов исследования, то сами по себе они не яв­ляются безусловным основанием для признания судом уста­новленным или опровергнутым факта, для выяснения которо­го экспертиза была назначена. Вопрос об этом разрешается су­дом в каждом конкретном случае в зависимости от того, какая сторона, по каким причинам не явилась на экспертизу или не представила экспертам необходимые предметы исследования, а также какое значение для нее имеет заключение эксперти­зы, исходя из имеющихся в деле доказательств в их совокуп­ности (ч. 3 ст. 74 ГПК) *** .

* См.: Практика рассмотрения межмуниципальными народными судами г. Москвы гражданских дел по спорам, вытекающим из семейных право­отношений // Хозяйство и право. 1995. № 12. С. 139.

** См.: п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 г. №9.

Следует учитывать, что суд вправе в порядке особого производства (ст. 245-251 ГПК) установить факт отцовства лица, не состоящего в браке с матерью ребенка, в случае смерти этого лица. Такой факт может быть установлен в отношении детей, родившихся 1 марта 1996 г. и позднее, при наличии до­казательств, с достоверностью подтверждающих происхожде­ние ребенка от данного лица (ст. 49 СК), а в отношении детей, родившихся в период с 1 октября 1968 г. до 1 марта 1996 г., — при наличии доказательств, подтверждающих хотя бы одно из обстоятельств, перечисленных в ст. 48 КоБС РСФСР * .

* См.: п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 г. №9.

Решение суда об установлении отцовства или об отказе в установлении отцовства должно основываться на всесторонне проверенных данных, подтверждающих или опровергающих заявленные требования истца. В зависимости от конкретных обстоятельств дела судом могут быть как приняты во внима­ние, так и отклонены любые представленные сторонами дока­зательства, но при этом ни одно из них не может иметь при­оритетного характера по отношению к другим доказательствам.

В резолютивной части решения суда, удовлетворяющего требования об установлении отцовства, должны содержаться сведения, необходимые для регистрации акта об установлении отцовства в органах записи актов гражданского состояния (фа­милия, имя, отчество отца; число, месяц, год и место его рождения; национальность; место постоянного жительства и работы), так как оно служит основанием для регистрации от­цовства в органах загса. Если истцом было предъявлено также требование о взыскании алиментов на ребенка, то алименты присуждаются со дня предъявления иска (п. 2 ст. 107 СК). Взыс­кание алиментов за прошлое время в данном случае исключа­ется, поскольку до удовлетворения иска об установлении от­цовства ответчик не был обязан уплачивать алименты, так как его отцовство не было удостоверено в установленном порядке. А следовательно, отсутствовали правовые отношения между ним и ребенком.

В случае смерти лица, которое признавало себя отцом ребенка, но не состояло в браке с его матерью и по каким-либо причинам не подавало заявление в орган загса о добро­вольном признании отцовства, суд в соответствии со ст. 50 СК вправе установить факт признания им отцовства. Факт призна­ния отцовства устанавливается судом по правилам особого про­изводства (ст. 245-251 ГПК) на основании всесторонне прове­ренных данных. При этом судом могут быть приняты во внима­ние любые доказательства, достоверно подтверждающие факт признания лицом своего отцовства, выраженные в устной или письменной форме, включая свидетельские показания. Однако необходимо иметь в виду, что факт признания отцовства мо­жет быть установлен судом только при условии, что не возни­кает спора о праве. Если же такой спор возникает (например, по поводу наследственного имущества), заявление об установ­лении факта признания отцовства оставляется судьей без рас­смотрения и заинтересованным лицам разъясняется их право на предъявление иска на общих основаниях * .

* См.: п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 г. № 9.

В качестве заявителя по делу об установлении факта при­знания отцовства в большинстве случаев выступает мать ре­бенка или его опекун (попечитель). Не исключена подача в суд подобного заявления и самим ребенком по достижении им со­вершеннолетия. К участию в деле должны быть привлечены заинтересованные граждане и организации, например воспи­тательные учреждения, в которых содержатся несовершенно­летние дети, оставшиеся без попечения родителей, наследни­ки умершего гражданина.

В отношении детей, родившихся до 1 октября 1968 г. (с 1 ок­тября 1968 г. были введены в действие Основы законодатель­ства Союза ССР и союзных республик о браке и семье * ) от лиц, не состоявших в браке между собой, суд вправе устано­вить факт признания отцовства в случае смерти лица, которое признавало себя отцом ребенка, лишь при условии, что ребе­нок находился на иждивении этого лица к моменту его смерти либо ранее ** . Факт иждивения может быть установлен судом как в случае, когда ребенок находился на иждивении лица к моменту его смерти, так и ранее, если это лицо признавало себя его отцом. При этом под иждивением следует понимать нахождение ребенка на полном содержании умершего лица или получение от него регулярной, систематической помощи, ко­торая была для ребенка основным и постоянным источником существования.

* ВВС СССР. 1968. №27. Ст. 241.

** См.: ст. 9 Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 17 октября 1969 г. «О порядке введения в действие Кодекса о браке и семье РСФСР»// ВВС РСФСР. 1969. № 43. Ст. 1290; п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 г. № 9.

Установление факта нахождения ребенка на иждивении предполагаемого отца может рассматриваться в качестве од­ного из возможных доказательств факта признания им отцовства и в отношении детей, родившихся после 1 октября 1968 г. Однако, теперь указанное обстоятельство не имеет решающе­го значения и должно оцениваться судом в совокупности с дру­гими доказательствами. Резолютивная часть решения суда об установлении факта признания отцовства должна содержать сведения, необходимые для регистрации указанного факта в органах загса.

Правовые последствия добровольного или судебного уста­новления отцовства. В соответствии со ст. 47 СК взаимные права и обязанности родителей и детей основываются на факте происхождения детей от данных родителей, удостоверенном в установленном законом порядке. В этой связи объем прав и обя­занностей родителей по отношению к ребенку с момента его рождения не может зависеть от характера отношений между родителями, в том числе и от того — состоят ли они в зареги­стрированном браке или нет. Для возникновения взаимных прав и обязанностей родителей и детей важно соблюдение предус­мотренного СК порядка установления материнства и отцовства. Поэтому в соответствии со ст. 53 СК при добровольном уста­новлении отцовства или установлении отцовства в судебном порядке дети, родившиеся от не состоящих в браке родите­лей, имеют такие же права и обязанности по отношению к родителям и их родственникам, какие имеют дети, родившие­ся от лиц, состоящих в браке между собой. Таким образом, в случае установления отцовства в добровольном или судебном порядке ребенок, рожденный вне брака, наделяется законом равными правами с ребенком, рожденным в браке. Причем пра­воотношения между ребенком и отцом, а также родственника­ми отца возникают с момента рождения ребенка, а не со дня установления отцовства.

Закрепленная в ст. 53 СК норма имеет большое значение с учетом устойчивой тенденции увеличения в РФ количества детей, рожденных женщинами, не состоящими в браке. По данным Государственного комитета РФ по статистике удель­ный вес этих детей от общего количества новорожденных воз­рос от 14,6% в 1990 г. до 21,1% в 1995 г. Только в 1993-1995 гг. органами загса зарегистрировано 814 770 случаев рождения «внебрачных» детей * .

* См.: Семья в России. Статистический сборник. М., 1996. С. 52-55.

Аналогичный подход к обеспечению прав внебрачных де­тей закреплен в семейном законодательстве большинства зарубежных государств. Следует отметить, что в некоторых стра­нах Европы равенство прав детей, родившихся от состоящих в браке родителей, и детей, родившихся от лиц, не состоящих в браке между собой, закреплено даже в конституциях. Так, в Конституции Германии (ст. 6) закреплено, что внебрачным де­тям обеспечиваются в законодательном порядке такие же ус­ловия их физического и умственного развития и их положения в обществе, как и детям, родившимся в браке * . Конституцией Италии предусмотрено, что закон обеспечивает детям, рож­денным вне брака, всю защиту юридического и нравственного характера, совместимую с правами членов законной семьи ** .

* См.: Конституция Германии. В сб.: Конституции зарубежных государств. М., 1997. С. 155.

** См.: Ст. 30 Конституции Итальянской Республики. Там же. С. 249.

Конституция Испании (ст. 39) устанавливает, что родите­ли должны оказывать помощь своим несовершеннолетним де­тям независимо от того, рождены они в браке или вне брака. В свою очередь, публичные власти должны обеспечивать всесто­роннюю защиту детей, равных перед законом вне зависимости от происхождения и гражданского состояния матерей * . Соглас­но ст. 36 Конституции Португалии запрещена какая-либо дис­криминация внебрачных детей ** .

* См.: Конституция Испании. Там же. С. 307.

** См.: Конституция Португалии. В сб.: Конституции государств Европейского Союза / Под ред. Окунькова Л. А. М., 1997. С. 530.

Равенство прав детей, рожденных в браке и вне брака, закреплено также конституционным законодательством стран Восточной Европы (Албании, Болгарии, Румынии, Словацкой Республики, Республики Словения, Чешской Республики) * и стран — участниц СНГ (Республики Молдова, Республики Уз­бекистан, Украины) ** .

* См.: Ст. 33 Конституционного закона Республики Албании «Об основных конституционных положениях». В сб.: Конституции государств Центральной и Восточной Европы / Отв. ред. Варламова Н. М., 1997. С. 52; Ст. 47 Конституции Республики Болгарии. Там же. С. 67; Ст. 44 Конституции Румы­нии. Там же. С. 277; Ст. 41 Конституции Словацкой Республики. Там же. С. 326; Ст. 54 Конституции Республики Словения. Там же. С. 375; Ст. 32 Хартии основных прав и свобод Чешской Республики. Там же. С. 524.

** См.: Ст. 50 Конституции Республики Молдова. В сб.: Новые конституции стран СНГ и стран Балтии. Вып. 2 / Под ред. Михалевой Н. А. М., 1997. С. 321; Ст. 65 Конституции Республики Узбекистан. Там же. С. 460; Ст. 51 Консти­туции Украины. Там же. С. 522.

У ребенка, рожденного женщиной, не состоящей в браке, и отцовство, в отношении которого не установлено в добровольном или судебном порядке, правоотношения возникают только с матерью и ее родственниками.

Судебное установление отцовства в отношении внебрачных детей

Источник: Электронный каталог отраслевого отдела по направлению «Юриспруденция»
(библиотеки юридического факультета) Научной библиотеки им. М. Горького СПбГУ

Судебное установление отцовства :

Кошкин, В. М.
Судебное установление отцовства : автореферат диссертации
на соискание ученой степени кандидата юридических наук.

Построение коммунистического общества предполагает не только создание материально-технической базы, но и воспитание нового человека, свободного от каких-либо пережитков прошлого, обладающего высокой коммунистической сознательностью, трудолюбием, преданного общественным интересам.

В Программе КПСС подчеркивается, что партия придает особое значение воспитанию подрастающего поколения, которому предстоит строить коммунистическое общество и жить в нем, а поэтому оно должно гармонически сочетать в себе духовное богатство, моральную чистоту и физическое совершенство[1].

Важную роль в выполнении указанной задачи играет правотворческая деятельность Советского государства, в том числе и в области семейных отношений. В частности, заслуживает одобрения разрешение в новом семейном законодательстве вопроса об установлении отцовства. Уравнение в правах так называемых внебрачных детей с детьми, рожденными от лиц, состоящих в зарегистрированном браке, допустимость добровольного признания и судебного установления отцовства, проникнуто заботой Коммунистической партии и Советского правительства о надлежащем воспитании детей.

Споры об установлении отцовства — новая категория гражданских дел. После издания Указа от 8 июля 1944 г. в связи с отсутствием в судебной практике такого рода дел наука не занималась разработкой этой проблемы. До 8 июля 1944 г., в период, когда по действовавшему в то время законодательству допускалось установление отцовства в судебном порядке, по этой теме также не было специальных монографических исследований. Лишь после принятия Основ законодательства Союза ССР и союзных республик о браке и семье[2] начались исследования в этой области. Вопросы установления отцовства освещались в работах В. С. Тадевосяна, В. П. Шахматова, А. И. Пергамент, М. В. Матеровой, К. К. Червякова и других авторов.

Однако проблему судебного установления отцовства нельзя считать окончательно решенной, поскольку целый ряд вопросов разработан недостаточно или трактуется по-разному. Это касается, например, характера правоотношений, возникающих в связи с рождением ребенка, определения круга лиц, участвующих в делах, процессуально-правовой характеристики обстоятельств, которые суд принимает во внимание при установлении отцовства, предпосылок права на предъявление иска и т. п.

Судебная практика также не отличается должным единством.

Всем этим обусловлен выбор темы настоящего исследования.

Установление отцовства судом протекает в общем порядке, предусмотренном гражданским процессуальным кодексом. Поэтому автор счел необходимым подвергнуть исследованию з основном лишь те проблемы, которые представляются наиболее сложными, спорными и нуждаются в дальнейшей разработке. При этом учитывалось, что некоторые вопросы получили достаточно полное и правильное освещение в работах других авторов.

Диссертация состоит из введения, трех глав и заключения.

Глава первая. «Общая характеристика судебного установления отцовства» посвящена исследованию понятия отцовства, истории развития советского законодательства по установлению происхождения детей и общей характеристике видов судебных производств по делам об отцовстве.

Понятие «отцовство» в диссертации рассматривается с этимологических, биологических, исторических, социальных и правовых позиций. В основе указанного понятия лежит происхождение ребенка от мужчины (отца), наличие между ними естественно-биологических отношений, которые существуют независимо от их правового регулирования. В этом смысле об отцовстве можно говорить как о биологическом понятии. Это понятие отцовства являлось основанием для установления правовой связи между отцом и ребенком во всех государствах со времени возникновения государства и права[3].

Принцип кровного родства, действительного происхождения воспринят социалистическим брачно-семейным законодательством и в настоящее время закреплен в ст. 16 Основ законодательства Союза ССР и союзных республик о браке я семье, предусматривающей основания возникновения родительских прав и обязанностей. Но факт происхождения ребенка, взятый изолированно, не влечет правовых последствий. Кровная связь между

отцом и ребенком при определенных условиях может не выходить за рамки фактических (биологических) отношений. Дело в том, что согласно ст. 16 Основ отцовство как правоотношение может возникнуть лишь при совокупности нескольких юридических фактов — фактическою (юридического) состава, постоянными элементами которого являются факт происхождения ребенка от конкретного гражданина и факт засвидетельствования происхождения компетентным государственным органом — ЗАГСом. Кроме того, необходимо наличие и других фактов, которые являются основанием для правовой регистрации отцовства. К ним относятся: факт регистрации брака между родителями ребенка, факт подачи родителями, не состоящими в браке, совместного заявления в органы ЗАГСа о регистрации отцовства ребенка или судебное решение об установлении отцовства. Указанные факты носят альтернативный характер и каждый из них имеет самостоятельное значение для возникновения правоотношения. Но в этой совокупности факт происхождения занимает центральное, определяющее место.

В соответствии с изложенным под отцовством, по смыслу ст. 16 Основ, следует понимать правоотношение между отцом и ребенком, основанное на происхождении, удостоверенном компетентным государственным органом с соблюдением порядка и условий, предусмотренных законом.

Однако в действующем брачно-семейном законодательстве имеются нормы, которые позволяют официально регистрировать отцовство при отсутствии кровного родства между субъектами этого правоотношения.

Регистрируя отцовство на основании совместного заявления родителей, не состоящих между собой в браке, ЗАГС не интересуется действительным происхождением ребенка. Проверка этого обстоятельства не входит в его компетенцию. Поэтому при наличии совместного заявления ЗАГС обязан зарегистрировать отцом ребенка гражданина, претендующего на установление своего отцовства. Происхождение ребенка от такого лица предполагается. В данном случае не исключается признание отцовства в отношении чужого ребенка. Тем не менее, официальная регистрация отцовства послужит основанием для возникновения всего комплекса родительских прав и обязанностей, предусмотренные законодательством о браке и семье, между таким «отцом» и ребенком.

Признать не своего ребенка с соответствующей правовой регистрацией может и лицо, состоящее с матерью ребенка в зарегистрированном браке. Ответственность за подобного рода дей-

ствия законом не предусмотрена, т. к. обычно признание соответствует интересам ребенка и государство не считает эти действия правонарушением. Но в подобной ситуации фактически имеет место не отцовство, которое предполагает кровное родство, а усыновление, оформленное с нарушением установленного порядка.

В некоторых случаях несоответствие между происхождением и официальным его засвидетельствованием прямо предусмотрено законом. Это относится к случаям усыновления ребенка с записью усыновителей в актовых книгах в качестве его родителей. Возникающие при этой форме усыновления отношения между отцом и ребенком будут регулироваться нормами семенною, гражданского и другого права, касающимися родственников по происхождению, а не правовыми нормами, которые регулируют отношения между усыновителями и усыновленными. Юридически, таким образом, какого-либо различия между таким «отцовством» и отцовством по происхождению не существует. Кроме того, государство обеспечивает тайну усыновления и, следовательно, перед обществом усыновители выступают как родители ребенка. Но здесь об отцовстве можно говорить лишь в правовом, юридическом смысле, поскольку оно возникло только в силу предписания закона при отсутствии факта происхождения.

В данном случае мы встречаемся с правовой фикцией. Законодатель условно объявляет в качестве истины положение, которое не соответствует реальной действительности. По общему правилу, установленному ст. 16 Основ, родительские права и обязанности основываются на кровном родстве. Здесь же законодатель считает родителями ребенка лиц, не связанных с ним естественным, биологическим происхождением. Налицо искусственно созданное положение — фикция, которая направлена на последовательную охрану интересов ребенка и в конечном итоге соответствует интересам всего общества по воспитанию молодого поколения. То обстоятельство, что между усыновителями и усыновленными возникают правовые отношения, не отличающиеся от отношений родства, не меняет положения, т. к. в основе этих отношений лежит все-таки юридический акт усыновления, а не действительное происхождение — необходимый элемент родственных отношений.

Несоответствие между отцовством как биологическим явлением и его правовым оформлением в перспективе может еще больше увеличиться в связи с внедрением в медицинскую практику искусственного (гетерономного) зачатия детей, получившего распространение во многих странах Европы и Америки.

Биологически отцом ребенка, зачатого искусственным путем,

является донор. Но юридически на него нельзя возлагать отцовские права и обязанности, хотя бы потому, что донор, как правило, неизвестен и, кроме того, он ни в какие отношения с матерью ребенка не вступал и никаких обязанностей по отношению к ребенку на себя не брал.

Можно говорить об отцовстве лишь применительно к мужу-матери ребенка, который дал согласие на искусственное оплодотворение жены. В этом случае отцовство будет выступать как чисто юридическое явление, подобно тому, как это имеет место при добровольном признании ребенка, рожденного женой от внебрачной связи.

Приведенные примеры возникновения отцовских прав и обязанностей не укладываются в рамки определения отцовства, основанного на точном смысле ст. 16 Основ. Это и понятно. В глубине отношений между «отцом» и ребенком во всех этих случаях лежит не происхождение, а фактическое усыновление, оформленное различными способами.

Наряду с этим по действующему законодательству факт происхождения не всегда порождает правовые отношения между отцом и ребенком. В судебном порядке отцовство может быть установлено лишь при наличии обстоятельств (фактов), указанных в ч. 4 ст. 16 Основ, перечень которых носит исчерпывающий характер. За пределами этих обстоятельств суд не вправе вынести решение об установлении отцовства ответчика помимо его воли даже в том случае, когда имеются достоверные данные о происхождении от него ребенка. В частности, не может быть установлено отцовство в отношении ребенка, рожденного от случайной связи за исключением тех случаев, когда ответчик признал (или признает) отцовство и это с достоверностью подтверждается доказательствами.

Поскольку происхождение ребенка от случайной связи выходит за пределы правового регулирования, отношения между отцом и ребенком могут быть только биологическими. Если же отец начнет фактически осуществлять свои родительские права и обязанности, то такие отношения попадают под действие ст. 16 Основ и приобретают характер правовых отношений при условии их судебного подтверждения.

2. История советского брачно-семейного законодательства свидетельствует о том, что Советское государство с первых дней своего существования придавало огромное значение регулированию социалистических семейных отношений. Одним из первых декретов Советской власти был подписанный В. И. Лениным декрет от 18 декабря 1917 года «О гражданском браке, о детях

и ведении книг актов состояния», который провозгласил принцип полного равенства детей независимо от того, родились они в зарегистрированном браке или вне его. Единственным основанием для возникновения родительских прав и обязанностей признавалось кровное родство. Этим самым был положен конец социальной несправедливости, лжи и лицемерию буржуазного законодательства, которое ставило внебрачных детей в бесправное унизительное положение в различных областях общественной жизни.

Буржуазные законы о браке и семье, в том числе и о положении детей, рожденных вне брака, В. И. Ленин называл «неслыханно-подлыми, отвратительно-грязными, зверски грубыми»[4].

Принцип полного равенства детей, независимо от обстоятельств их рождения, последовательно проводился в жизнь. Судебные органы в пределах закона всемерно содействовали матерям в установлении отцовства детей и взыскании средств на их содержание.

В диссертации освещаются основные этапы развития советского семейного законодательства в области установления происхождения детей и практики его применения.

3. Характер регулируемых действующим семейным законодательством отношений позволяет сделать вывод о том, что вопросы, связанные с установлением отцовства, могут рассматриваться в двух производствах: в исковом и особом.

Различие в этих видах судопроизводства следует искать в наличии или отсутствии спора о праве, т. к. в соответствии со ст. 4 Основ гражданского судопроизводства при наличии гражданско-правового (в широком смысле) спора дело подлежит рассмотрению в исковом производстве, при отсутствии спора — в особом. Спор о праве предполагает наличие спорящих сторон — участии, ков действительного или предполагаемого правоотношения, из которых одна сторона, считая свое субъективное право нарушенным, обращается к суду с просьбой об устранении препятствий к осуществлению права или же установлении определенности в правах и обязанностях.

В соответствии с этим в исковом производстве должны рассматриваться такие дела об отцовстве, в которых имеется спор между участниками родительского правоотношения об отцовстве ребенка. По общему правилу отказ матери ребенка или его предполагаемого отца оформить отцовство в добровольном порядке путем подачи совместного заявления в органы ЗАГСа свидетельствует о том, что возник спор о происхождении ребенка. Та-

кой спор, как спор о праве гражданском, подлежит рассмотрению в исковом производстве.

Отцовство как правоотношение тесно связано с личностью его субъектов — отца и ребенка, и не допускает правопреемства. Смерть лица, отцовство которого устанавливается, ликвидирует судебный спор об отцовстве в исковом производстве (п. 8 ст. 219 ГПК РСФСР).

Особенность указанного правоотношения заключается в том, что оно и после смерти его участника порождает для ребенка целый комплекс правовых последствий (право на пенсию, право на наследство и другие права). Поэтому смерть отца ребенка не может служить препятствием к установлению отцовства в судебном порядке. Только в этом случае отцовство следует устанавливать не в исковом, а в особом производстве по установлению фактов, имеющих юридическое значение. В особом производстве суд устанавливает факт отцовства, т. е. факт существования в прошлом при жизни отца ребенка отношений отцовства, которые иным путем в связи со смертью участника этих отношений подтвердить нельзя. Здесь самого отношения как «живого» взаимодействия, связи уже нет, оно выступает в виде факта, той реальности, которая имела место в прошлом и сохраняет правовое значение.

Следовательно, юридическими фактами могут быть не только события и действия, как это принято считать в правовой литературе (Н. Г. Александров, С. С. Алексеев, С. Ф. Кечекьян, Ю. К. Толстой и др.), но и конкретные отношения (правоотношения) в их совокупности, если они как явление прошлого влекут возникновение, изменение или прекращение прав, и обязанностей. Отношение может выступать в качестве юридического факта в соответствии со ст. 247 ГПК РСФСР, где юридическими фактами названы и такие явления, которые по своему характеру могут быть только отношениями, а не событиями или действиями. Например, факт состояния в фактических брачных отношениях или факт нахождения лица на иждивении никак нельзя назвать событием или действием, поскольку они представляют собой известные связи, отношения между людьми. В качестве составных элементов факта-отношения могут выступать определенные действия и даже события, которые вследствие этого имеют правовое значение. Но в конечном итоге юридическим фактом, устанавливаемым судом, является отношение в целом, а не составляющие его элементы.

Факт отцовства может быть установлен и в исковом производстве, но только в том случае, если между заинтересованными лицами возникнет спор о праве гражданском, т. е. спор по пово-

ду материально-правовых последствий устанавливаемого факта и когда этот спор подведомствен судебным органам. Вопрос об установлении факта будет разрешен одновременно с рассмотрением спора о праве. Возражение же заинтересованных лиц против установления факта отцовства не является основанием для изменения вида судебного производства. Спор о факте в особом производстве вполне допустим и встречается в действительности в судебной практики.

В особом производстве рассматриваются и дела об установлении факта признания отцовства. Сама формулировка ст. 3 Закона от 27 июня 1968 г. об утверждении Основ законодательства о браке и семье, где говорится об установлении факта, имеющего юридическое значение, не оставляет сомнения в том, что такие дела следует рассматривать в особом производстве. Здесь также как и по делам об установлении факта отцовства отсутствует спор о праве, дело возбуждается не иском, а заявлением заинтересованного лица, защищается не субъективное право ребенка, а охраняемый законом интерес.

Во второй главе рассматриваются вопросы, связанные с установлением отцовства в исковом производстве. В ней исследуется процессуально-правовая природа исков об отцовстве, круг лиц, участвующих в таких делах и особенности доказывания по делам названной категории.

1. Видовая характеристика исков дает все основания сделать вывод о том, что иски об установлении отцовства относятся к положительным искам о признании. В них не ставится вопроса о принуждении ответчика к совершению каких-либо действий или воздержанию от действий, а истец заинтересован лишь в устранении неопределенности относительно правовой связи между отцом и ребенком. Эта неопределенность возникает вследствие того, что ответчик отказывается оформить отцовство в добровольном порядке в органах ЗАГСа и тем самым оспаривает право истца.

В диссертации подробно рассматриваются элементы иска и предпосылки права на предъявление иска по рассматриваемой категории дел.

Исходя из гипотезы ст. 16 Основ законодательства о браке и семье, основание иска представляет собой сложный фактический (юридический) состав, правообразующими элементами которого являются факт происхождения ребенка от ответчика и факты (обстоятельства), указанные в ч. 4 ст. 16 Основ: а) совместное проживание и ведение общего хозяйства матерью ребенка и ответчи-

ком до рождения ребенка, б) совместное воспитание либо в) совместное содержание ими ребенка, г) признание ответчиком отцовства, с достоверностью подтвержденное доказательствами.

Факт происхождения ребенка должен указываться в любом иске данной категории в качестве обязательного и постоянного элемента его основания. При отсутствии этого факта нельзя говорить об отцовстве и, следовательно, о правовом характере требования. Факты, перечисленные в ч. 4 ст. 16 Основ, являются альтернативными. Для того, чтобы исковое требование могло повлечь юридические последствия, необходимо указать в заявлении в качестве основания иска на факт происхождения ребенка от ответчика и хотя бы на одно из обстоятельств ч. 4 ст. 16 Основ.

По поводу процессуально-правового значения указанных обстоятельств в юридической литературе высказываются различные точки зрения. Одни авторы рассматривают их в качестве единственно достоверных доказательств по спорам об установлении отцовства, круг которых ограничен законом (В. С. Макарова. И. Т. Хламов, К. К. Червяков), другие считают их юридическими фактами, на основе которых презюмируется отцовство ответчика (В. К. Бабаев, В. П. Шахматов) и третьи видят в них условия, при наличии которых допускается доказывание отцовства по суду (А. И. Пергамент). Причем сторонники последней точки зрения не придают им значения юридических фактов, влекущих возникновение правоотношения отцовства.

На основе анализа законодательства и судебной практики в диссертации обосновывается вывод о том, что обстоятельства, перечисленные в ст. 16 Основ, выполняют в процессе двоякую роль. С одной стороны, они являются юридическими фактами материально-правового значения, с наличием которых связывается возникновение правоотношения между отцом и ребенком при установлении его в судебном порядке. Поэтому они входят в состав основания иска и составляют предмет доказывания истца. С другой, процессуальной, стороны эти обстоятельства выполняют роль доказательственных фактов, подтверждающих главным факт в основании иска — происхождение ребенка от ответчика. В качестве таких обстоятельств в законе указаны такого рода явления общественной жизни, которые прямо или косвенно свидетельствуют о кровном родстве между отцом и ребенком, а потому имеют доказательственное значение.

Из содержания и буквального смысла ст. 16 Основ вытекает вывод о том, что указанные обстоятельства включаются в основание иска только в тех случаях, если иск предъявлен к предпо-

лагаемому отцу ребенка. Когда же с иском обращается лицо, претендующее на установление своего отцовства, эти обстоятельства утрачивают первое значение. В своих исковых требованиях об установлении отцовства предполагаемый отец ребенка не связан предусмотренными в законе ограничениями. В обоснование иска ему достаточно указать на один факт происхождения от него ребенка и требование будет носить правовой характер.

Обстоятельства ст. 16 Основ в данном случае могут служить лишь доказательствами происхождения ребенка, а не выполнять роль правопроизводящих фактов основания иска.

2. В ч I ст. 48 КоБС РСФСР и в соответствующих статьях кодексов о браке и семье ряда других союзных республик перечислены лица, которые управомочены на возбуждение в суде дел об установлении отцовства. Но кодексы не дают ответа о том, являются ли указанные лица стороной (истцом) по делу или же занимают иное процессуальное положение. При решении этого вопроса автор исходит из того, что сторонами в гражданском процессе могут быть действительные или предполагаемые субъекты спорного гражданского (в широком смысле) правоотношения (С. Н. Абрамов. П. П. Гуреев, С.В. Курылев и др.).

С фактом рождения ребенка закон связывает возникновение не одного, а нескольких правовых отношений. Среди них возникает сложное по своей структуре трехсубъектное правоотношение, которое можно назвать родительским. В качестве составных элементов оно включает в себя правоотношения отцовства и материнства. Субъектами этого отношения являются мать, ребенок и отец. В рамках родительского отношения имеется правовая связь не только между матерью и ребенком (материнство), отцом и ребенком (отцовство), но и непосредственно между родителями, обусловленная осуществлением их прав и обязанностей в отношении ребенка. Ребенок, являясь субъектом родительского отношения, выступает связующим звеном между его родителями.

Установление отцовства неизбежно влечет возникновение родительского правоотношения (при том условии, конечно, если жива мать ребенка), которое наряду с отцовством является спорным отношением. Поэтому истцами по делу об установлении отцовства могут быть только участники родительского правоотношения.

Правовое положение матери ребенка как субъекта родительского правоотношения является основанием для признания ее стороной по делу об установлении отцовства наряду с ребенком и его отцом. Мать лично заинтересована в установлении отца ребенка, чтобы привлечь его к выполнению родительского долга и

тем самым облегчить свое положение по содержанию и воспитанию ребенка.

Кроме участников родительского правоотношения никто другой из лиц, перечисленных в ч. I ст. 48 КоБС РСФСР, не может занимать положение стороны по рассматриваемой категории дел. Этим правом не наделены и родственники отца, хотя в соответствии со ст. 50 КоБС РСФСР установление отцовства и для них создает права и обязанности по отношению к ребенку. Но правовая связь между ребенком и родственниками отца носит опосредственный характер. Опосредствующим звеном выступает отец ребенка. Этим обстоятельством и объясняется невозможность участия родственников отца в процессе в качестве стороны.

Помимо личной заинтересованности, которая является основанием для участия по делу в качестве истца, мать одновременно защищает в процессе интересы своего ребенка, являясь его законным представителем. В тех случаях, когда иск предъявляется матерью, имеет место процессуальное соучастие на истцовой стороне. Соистцами являются мать и ребенок. Однако ребенок не всегда может занимать положение истца. Когда иск предъявляет предполагаемый отец, ребенок совместно с матерью участвует в процессе в качестве соответчиков. Иного процессуального положения в этом случае ребенок занимать не может. Если допустить, что по делу, возбужденному предполагаемым отцом, ребенок является соистцом, то его интересы в процессе должен защищать законный представитель, которым является мать, занимающая в данном случае положение ответчицы. Истец не может быть представителем ребенка, поскольку не признан его отцом.

Ребенок никогда не может быть единственным ответчиком по иску предполагаемого отца. Он всегда участвует в процессе на ответной стороне только как соучастник своей матери. Дело в том, что в случае смерти или при неизвестности ее места жительства установление отцовства производится непосредственно в органах ЗАГСа на основании одностороннего заявления отца ребенка (ч. 3 ст. 49 КоБС РСФСР) и никто из заинтересованных лиц не вправе препятствовать оформлению отцовства в этом порядке.

Следовательно, в указанных случаях предполагаемому отцу нет необходимости предъявлять иск к ребенку для установления своего отцовства, т. к. его интерес защищается во внесудебном порядке.

Правом на возбуждение дел об установлении отцовства кроме родителей пользуются опекуны (попечители) ребенка и лица, на иждивении которых находится ребенок. Они предъявляют иск только в интересах ребенка и сами не являются истцами по делу.

Опекуны (попечители) занимают в процессе положение законных представителей ребенка, а участие лиц, содержащих ребенка, определяется ст. 42 ГПК РСФСР.

Новое брачно-семейное законодательство не дает оснований для отрицательного вывода о возможности привлечения в качестве соответчиков двух и более предполагаемых отцов ребенка. Однако с практических позиций не в интересах матери ребенка, предъявлять иск к нескольким ответчикам. Если сама женщина, родившая ребенка, сомневается в его отцовстве, безусловно, последует отказ в иске даже при доказанности обстоятельств, перечисленных в ч. 4 ст. 16 Основ, т. к. установить действительное происхождение ребенка от одного из ответчиков при современном состоянии биологической науки суд практически лишен возможности. Ссылка ответчика на множественность связей истицы в период зачатия ребенка является существенным основанием его возражений против иска.

Поэтому в современных условиях, когда законом предусмотрены известные ограничения в установлении отцовства по суду, мало вероятного, чтобы мать ребенка предъявила иск одновременно к нескольким ответчикам. В практике таких дел почти не встречается.

Привлечение по делу нескольких ответчиков практически не исключается в случаях предъявления иска не матерью ребенка, а другими лицами, указанными в ч. I ст. 48 КоБС РСФСР, которые зачастую имеют лишь предположительные сведения о действительном отце ребенка.

По делам об установлении отцовства исключается участие третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований. Это объясняется сугубо личным характером устанавливаемого судом правоотношения. Возникновение отцовства закон, охраняя интересы ребенка и его родителей, связывает с волей узкого круга лиц — субъектов родительского правоотношения: матери, отца и ребенка по достижении им совершеннолетия. Никакие другие лица, хотя бы решение непосредственно затрагивало их интересы, оказывало существенное влияние на их права и обязанности по отношению к одной из сторон, не могут препятствовать его возникновению. Мнение других заинтересованных лиц не учитывается при всех формах установления отцовства.

Таким образом, отношения, связанные с установлением происхождения ребенка, не допускают вмешательства каких-либо заинтересованных лиц, что и обусловливает невозможность их участия в процессе об установлении отцовства в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований.

Участие третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования на предмет спора возможно, но лишь в единственном случае. Таким лицом может быть только гражданин, претендующий на установление своего отцовства и с этой целью вступающий в процесс.

3. В предмет доказывания по делам рассматриваемой категории должны включаться, прежде всего, факты основания иска (факт происхождения и обстоятельства, перечисленные в ч. 4 ст. 16 Основ), а также факты, на которые ссылается ответчик в своих возражениях.

Факты, указанные ответчиком, только в том случае подлежат включению в предмет доказывания, если они имеют непосредственное отношение к рассматриваемому спору. Относимость этик фактов определяется содержанием исковых требований и ст. 16 Основ.

Для выяснения особенностей доказывания по делам об отцовстве в диссертации подробно рассматриваются факты основания иска и доказательства, которыми они подтверждаются. Отметается, в частности, что признание ответчиком своего отцовства должно быть выражено словесно, в устной или письменной форме. Нельзя делать вывод о признании только на основании поступков ответчика, свидетельствующих об его отношении к ребенку как к своему сыну или дочери, хотя бы эти поступки косвенно подтверждали признание (приобретение для ребенка игрушек, » подарков, проявление к нему внимания и т. п.). Признание должно быть сделано в категорической форме и не допускать противоположных суждений. Не может служить основанием для установления отцовства так называемое «полупризнание», когда ответчик не уверен в происхождении от него ребенка, но и не исключает этой возможности (С истицей я находился в близких отношениях. Ребенок возможно мой). Учитывая особенности признания, следует придти к выводу, что подтверждаться оно может главным образом различными письменными доказательствами.

Однако это не означает, что в подтверждение факта признания нельзя использовать другие средства доказывания. В судебной практике очень часто признание подтверждается свидетельскими показаниями, когда у суда не возникает сомнений в их достоверности.

Установление одного или нескольких обстоятельству для положительного решения вопроса об отцовстве ответчика. Для этого необходимо установить факт происхождения от него ребенка. Подтверждение этого факта представляет известные трудности, поскольку он связан с интимной стороной отношений

мужчины и женщины. Характер этих отношений обусловливает преобладание косвенных доказательств. Факт происхождения устанавливается не непосредственно, а путем выяснения обстоятельств, свидетельствующих о близких отношениях сторон в период зачатия ребенка или же об отношении ответчика к ребенку как к сыну или дочери.

Обстоятельства, названные в ч. 4 ст. 16 Основ и служат подтверждением или факта близких отношений сторон (совместное проживание и ведение общего хозяйства матерью ребенка и ответчиком до рождения ребенка) или отношения ответчика к ребенку как к своему (воспитание или содержание ответчиком ребенка либо признание отцовства). В данном случае указанные обстоятельства, выполняя в процессе свою вторую роль, выступают в качестве доказательств происхождения ребенка от ответчика.

По общему правилу доказательственные факты не имеют материально-правового значения, служат лишь средством установления искомых юридических фактов и поэтому не включаются в предмет доказывания. По делам об установлении отцовства мы встречаемся с исключением из общего правила. И это возможно потому, что обстоятельства, указанные в ст. 16 Основ, выполняют в процессе еще и роль правопроизводящих фактов основания иска.

В соответствии с правилами распределения обязанностей но доказыванию (ст. 50 ГПК РСФСР) истица должна доказать не только одно из названных обстоятельств, но и факт происхождения ребенка от ответчика, поскольку этот факт также входит в состав основания ее требования. Задача облегчается тем, что перечисленные в законе обстоятельства в какой-то мере подтверждают факт происхождения ребенка.

В целях процессуальной экономии, более последовательного и глубокого выяснения действительных взаимоотношений сторон, суд, прежде всего, должен установить наличие или отсутствие обстоятельств, упомянутых в ч. 4 ст. 16 Основ.

Если не подтвердится ни одно из этих обстоятельств, бессмысленно исследовать вопрос о происхождении ребенка, т. к. независимо от результатов этого исследования иск не подлежит удовлетворению. Нельзя не учитывать доказательственного значения этих обстоятельств.

Для выяснения факта происхождения ребенка могут использоваться все средства доказывания, предусмотренные ч. 2 ст. 49 ГПК РСФСР. Среди них особое значение имеют объяснения от-

ветчиков, которые во многих случаях служат единственными доказательствами указанного факта.

В случае признания ответчиком иска суд вправе вынести решение об установлении его отцовства и при отсутствии предусмотренных в законе условий. Дело в том, что признание ответчиком иска является распорядительным актом материально-правового и процессуального значения (С. В. Курылев, Д. М. Чечот и др.). Признавая иск ответчик, прежде всего, распоряжается своим субъективным правом и не связан предусмотренными в законе условиями. Кроме того, судебное признание отцовства, на наш взгляд, можно рассматривать как одно из обстоятельств, указанных в ст. 16 Основ (доказательства, с достоверностью подтверждающие признание ответчиком отцовства), хотя по буквальному смыслу закона законодатель имел в виду досудебное признание отцовства.

Возражения ответчика против иска только тогда могут иметь соответствующий эффект, если они направлены на опровержение фактов основания требования истца и главным образом факта происхождения от него ребенка. Если ответчик признает факт происхождения, но указывает на отсутствия обстоятельств, предусмотренных в ч. 4 ст. 16 Основ, то независимо найдут они подтверждение или нет суд вынесет решение об удовлетворении иска, поскольку не оспаривание происхождения по существу является признанием отцовства.

В третьей главе «Установление отцовства в особом производстве» исследуются вопросы установления факта признания отцовства и факта отцовства, а также особенности судебного решения по делам об отцовстве.

1. Параграф первый главы посвящен установлению факта признания отцовства. Рассматриваются правовые основания для установления факта, доказательства, которыми они могут подтверждаться, определяется круг заинтересованных по делу лиц.

Анализируя содержание ст. 3 Закона от 27 июня 1968 г. об утверждении Основ законодательства о браке и семье автор отмечает, что факт признаний отцовства может быть установлен при наличии следующих оснований: а) рождения ребенка до введения в действие Основ, б) смерти его фактического отца независимо от того, наступила она до или после 1 октября 1968 г.,

в) нахождения ребенка на иждивении этого лица до его смерти,

г) признания этим лицом своего отцовства, д) согласия ребенка, достигшего совершеннолетия на установление отцовства. Из перечисленных оснований особое внимание уделено рассмотрению

фактов признания умершим своего отцовства и нахождения ребенка на его иждивении, как наиболее сложным и существенным элементом фактического состава.

По буквальному смыслу закона в делах рассматриваемой категории судом устанавливается не сам факт происхождения ребенка, а отношение умершего при его жизни к ребенку, т. е. признавал ли он себя его отцом или нет.

Однако из этого нельзя сделать заключения о том, что суд при рассмотрении дела вообще не интересуется происхождением ребенка от умершего. По этим делам, суд в конечном итоге устанавливает отцовство ребенка, поскольку решение суда является основанием для регистрации умершего в качестве отца ребенка. А отцовство, как известно, предполагает кровное родство. Но происхождение в этих случаях подтверждается косвенно путем установления факта признания умершим своего отцовства и нахождения ребенка на его иждивении, т. к. житейская практика показывает, что обычно признают отцовство и содержат детей лица, которые убеждены в происхождении от них детей. Если сам умерший при жизни не ставил под сомнение свое отцовство и добросовестно выполнял родительские обязанности, суд, установив это обстоятельство, должен, как правило, вынести решение об установлении факта признания отцовства.

Признание умершим своего отцовства только тогда приобретает юридическую значимость и является основанием для установления факта, если оно сочеталось с фактом нахождения ребенка на его иждивении. В связи с этим установление факта иждивения имеет большое практическое значение. Между тем, вопрос о том, что же в данном случае следует понимать под иждивением, представляется не совсем ясным. Это объясняется в основном тем, что в различных отраслях советского права указанное понятие трактуется не одинаково.

При освещении этого вопроса автор исходит из того, что в основе установления факта признания отцовства заложена идея установления действительного отца ребенка, отца по происхождению. С момента рождения дети считаются иждивенцами своих родителей, независимо от того, в какой мере каждый из них участвовал в содержании и воспитании детей. Поэтому совместное проживание лица, признававшего отцовство, с ребенком и его матерью в условиях, характерных для семейных отношений, во всех случаях является основанием к признанию ребенка иждивенцем этого лица.

Если же фактический отец проживал отдельно от ребенка, то для признания иждивения необходимо, чтобы он систематически

в течение определенного периода или постоянно доставлял ребенку содержание, независимо от размера этого содержания. И совсем не обязательно, чтобы помощь, доставляемая лицом, в последствии умершим, была постоянным и основным источником средств к существованию ребенка, как это предусмотрено ст. 61 Закона о государственных пенсиях.

Бесспорно, что при налички судебного решения о взыскании алиментов в порядке ст. 42 3 КЗоБСО РСФСР 1926 г. (ст. 85 КоБС РСФСР) ребенок считается иждивенцем лица, обязанного к уплате алиментов. Анализ судебной практики свидетельствует о том, что в подавляющем большинстве случаев (83%) между матерью ребенка и его фактическим отцом существовали устойчивые семейные отношения и ребенок находился на иждивении последнего непосредственно перед его смертью.

В судебной практике не мало примеров вынесения решений об установлении факта признания отцовства в отношении лиц, которые умерли до рождения своих детей, когда дети, естественно, не могли находиться на их иждивении.

Подобные решения противоречат ст. 3 Закона от 27 июня 1968 г., предусматривающей в качестве обязательного условия установления факта нахождение ребенка на иждивении лица, признававшего отцовство. Ставить вопрос в данном случае о применении аналогии закона или права, при наличии нормы, регулирующей определенным образом спорное отношение, как это предлагают некоторые авторы (В. С. Тадевосян, М. В. Матерова и К. К. Червяков) спорно с теоретических и практических позиций.

Дела об установлении факта признания отцовства могут рассматриваться по заявлению матери ребенка, его опекуна (попечителя), а также самого ребенка по достижении им совершеннолетия (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 4 декабря 1969 г.). Возбудить в суде дело вправе прокурор.

Кроме заявителей в процессе может участвовать широкий круг других заинтересованных лиц. К ним, прежде всего, относятся родственники умершего отца ребенка, поскольку установление факта с последующей записью умершего в качестве отца в актовой записи о рождении ребенка, повлечет возникновение взаимных прав и обязанностей между этими лицами и ребенком. Естественно, в процессе могут участвовать не все родственники отца, а лишь те из них, заинтересованность которых носит правовой характер. Не являются юридически заинтересованными лица, родственные связи которых с умершим не попадают в сферу правового регулирования. Это не означает, что указанные родствен-

ники умершего вообще не вправе участвовать в делах об установлении факта признания отцовства в качестве заинтересованных лиц. Если их интерес не связан с фактом родственных отношений, а вытекает из других оснований, носящих правовой характер, го их участие в процессе не исключается.

Выяснить всех заинтересованных по делу лиц, а не только родственников умершего, помогает суду указанная заявителем специальная цель установления факта. Когда в заявлении указывается только общая цель — внесение сведений об отце в актовую запись о рождении ребенка, суд практически лишен возможности установить других заинтересованных лиц. Поэтому есть практическая необходимость указывать во всех заявлениях кроме общей обязательно и специальную цель установления факта.

2. Факт отцовства может быть установлен при наличии тех же правообразующих элементов фактического состава, предусмотренного ст. 16 Основ, что и отцовство в исковом производстве. Обе эти категории дел касаются детей, родившихся вне брака после введения в действие Основ. Аналогичен предмет доказывания и круг лиц, правомочных на возбуждение этих дел. Различие между ними заключается лишь в том, что производство по установлению факта связано со смертью отца ребенка, а при установлении отцовства в исковом производстве отец жив и является участником процесса.

Между тем дела об установлении факта отцовства и факта признания отцовства, хотя и относятся к одному виду судебного производства, являются самостоятельными категориями гражданских дел, которые регулируются различными правовыми нормами и предполагают различный юридический состав для наступления правовых последствий.

Установление факта отцовства не связывается с обязательным нахождением ребенка на иждивении умершего, как это предусмотрено ст. 3 Закона от 27 июля 1968 г., и совсем не обязательно, чтобы имелись бесспорные данные о признании умершим своего отцовства. В соответствии со ст. 16 Основ суд может установить факт отцовства даже когда умерший отрицал отцовство, но объективные данные свидетельствуют о том, что он является отцом ребенка. Кроме того, факт отцовства может быть установлен в отношении детей, родившихся после введения в действие Основ, в то время как факт признания отцовства касается детей, родившихся до указанной даты.

3. Судебные решения по делам об отцовстве служат основанием для регистрации отцовства в органах ЗАГСа (ч. I ст. 157 КоБС РСФСР). Материально-правовые последствия подтверж-

иного судебным решением факта или правоотношения возникают лишь после официального засвидетельствования его компетентным государственным органом. Судебное решение, таким образом, имеет значение юридического факта, которое в совокупности с другими элементами фактического состава влечет возникновение правоотношения между отцом и ребенком, а также ребенком и родственниками отца.

В заключении диссертации изложены рекомендации по совершенствованию действующего законодательства.

По теме диссертации опубликованы следующие работы:

1. Некоторые вопросы судебного установления фактов признания отцовства. «Сборник аспирантских работ», вып. 10, Свердловск, 1969.

2. Судебные производства по установлению отцовства (в порядке ст. 16 Основ законодательства Союза ССР и союзных республик о браке и семье). «Сборник аспирантских работ», вып. 12, Свердловск, 1970.

3. Лица, участвующие в делах об установлении отцовства в исковом производстве. «Материалы конференции по итогам научно-исследовательской работы за 1969 год», Свердловск, 1970.

4. Понятие отцовства по советскому праву. «Сборник ученых трудов», вып. 15, Свердловск, 1971.

[1] Программа Коммунистической партии Советского Союза. Материалы XXII съезда КПСС. Госполитиздат, М., 1962, стр. 408—411.

[2] В дальнейшем сокращенно «Основы».

[3] Ф. Энгельс. Происхождение семьи, частной собственности и государства. К. Маркс и Ф. Энгельс, соч., т. 21.

[4] В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т.39, стр. 287.

Еще по теме:

  • Статья 14 закона об образовании в рф Федеральный закон от 3 августа 2018 г. N 317-ФЗ "О внесении изменений в статьи 11 и 14 Федерального закона "Об образовании в Российской Федерации" Федеральный закон от 3 августа 2018 г. N […]
  • Третий транспортный проезд г. Химки, Транспортный проезд, 3 На странице представлены сведения об адресе Транспортный пр-д, дом 3: расположение на карте, индекс дома Информация о расстоянии до ближайших станций […]
  • Гражданский кодекс глава 48 страхование Глава 48. Страхование Комм. Рахмилович В.А. При применении норм Гражданского кодекса о страховании необходимо учитывать, что страховое дело и возникающие в этой связи отношения, […]
  • Заявление судебным приставам об отсрочке Заявление об отсрочке исполнения решения Получить немного дополнительного времени должник может направив заявление об отсрочке исполнения решения. Только выполнение такой процедуры […]
  • Опека детей белгород Онлайн консультант Сердечно поздравляем! Отдел по охране прав детей, опеке и попечительству Отдел по охране прав детей, опеке и попечительству Начальник отдела Хохлов Юрий Николаевич […]
  • Смена инн приморский район Налоговая инспекция Приморского района СПБ Юридический адрес: 197183, Санкт-Петербург, ул. Савушкина, дом 71 Фактический адрес: 197183, Санкт-Петербург, ул. Савушкина, дом 71 Телефоны: […]