Преюдиция по гпк рф

Оглавление:

Конференция ЮрКлуба

Что есть преюдиция по ГПК?

Findirector 02 Дек 2005

Об обстоятельствах, установленных
вступившим в законную силу судебным
постановлением по ранее рассмотренному делу

Определенные сложности вызывает ст. 61 ГПК, где предусмотрено, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. При этом не раскрывается содержание понятия «те же лица».
В судебной практике нет единства в понимании этого вопроса. Одни полагают, что для преюдиции необходимо полное совпадение всего круга лиц по обоим делам, другие же исходят из того, что если в разных делах участвует хотя бы одно и то же лицо, то этого достаточно для возникновения преюдиции.
В отношении первой позиции следует отметить, что такой подход может привести и рано или поздно обязательно приведет к тому, что суды будут по-разному устанавливать и оценивать одни и те же обстоятельства; а в отношении второй позиции (возникновение преюдиции, если в разных делах участвует хотя бы одно и то же лицо) можно возразить, что это приведет к тому, что суды смогут устанавливать обязательные для других судов обстоятельства даже при отсутствии в деле лица, которого они касаются, а, следовательно, он будет лишен возможности представить свои доводы и возражения. И тот, и другой вариант развития событий может привести к злоупотреблениям.
А как быть в тех случаях, когда иск предъявляется в защиту неопределенного круга лиц. Может ли по этим делам возникать преюдиция? Закон не решает однозначно поставленную проблему.
Ясность в данный вопрос попытался внести Пленум Верховного Суда РФ, указав в п. 9 своего постановления N 23 от 19 января 2003 г. «О судебном решении», что исходя из смысла чч. 2 и 3 ст. 61 ГПК РФ лица, не участвовавшие в деле, по которому судом общей юрисдикции или арбитражным судом вынесено соответствующее судебное постановление, вправе при рассмотрении другого гражданского дела с их участием оспаривать обстоятельства, установленные этими судебными актами. В указанном случае суд выносит решение на основе исследованных в судебном заседании доказательств.
В то же самое время совершенно иной подход можно увидеть в практике Верховного Суда РФ. Так, по целому ряду дел Верховный Суд РФ занимал позицию, согласно которой под понятием «те же стороны» (те же лица) следует понимать не персонально одних и тех же граждан или организации, а таких же по своему процессуальному статусу участников процесса. Фактически суд сказал, что если один гражданин или одно юридическое лицо однажды обратилось в суд за защитой своих нарушенных прав и их дело было рассмотрено, то другие лица уже не вправе выходить в суд и оспаривать те же самые обстоятельства. Правда, эти примеры касаются дел, возникших из публичных правоотношений, что, возможно, могло бы оправдывать такой подход исходя из соображений целесообразности, однако закон не содержит каких-либо специальных оговорок в указанной части в отношении дел, вытекающих не из публичных правоотношений.
Представляется, что законодатель должен внести определенность в данный вопрос с тем, чтобы исключить противоречивую судебную практику.

А. Макаров,
адвокат, коллегия адвокатов «Львова и Партнеры» (г. Москва)

«Российская юстиция», N 2, февраль 2004 г.

А что думаете вы?

AlexM 02 Дек 2005

лица, не участвовавшие в деле, по которому судом общей юрисдикции или арбитражным судом вынесено соответствующее судебное постановление, вправе при рассмотрении другого гражданского дела с их участием оспаривать обстоятельства, установленные этими судебными актами.

Думаю это правильно. Мало ли что там сосед по этому поводу высказывался. Может у него три класса образования и он был плох в состязательном процессе. Может действительно имела место ошибка, которую не справедливо распросранять на «третье» лицо. Другое дело, когда речь об именно тех-же лицах, которые раполагали всеми процессуальными правами чтобы повлиять на выводы суда.
А что касается публично-правовых отношений, то там преюдиция исключена, поскольку теоретически исключен сам процесс по тому-же поводу.
Сообщение отредактировал AlexM: 02 Декабрь 2005 — 21:25

Статья 61 ГПК РФ. Основания для освобождения от доказывания (действующая редакция)

1. Обстоятельства, признанные судом общеизвестными, не нуждаются в доказывании.

2. Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

3. При рассмотрении гражданского дела обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда, не должны доказываться и не могут оспариваться лицами, если они участвовали в деле, которое было разрешено арбитражным судом.

4. Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

5. Обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном статьей 186 настоящего Кодекса, или не установлено существенное нарушение порядка совершения нотариального действия.

  • URL
  • HTML
  • BB-код
  • Текст

Комментарий к ст. 61 ГПК РФ

1. Судом, к примеру, признается очевидным и не нуждающимся в доказывании то, что с наличием паспорта гражданина Российской Федерации связана возможность реализации целого ряда прав человека и гражданина, в том числе и конституционных. Так, без паспорта невозможна или, по меньшей мере, затруднена реализация права граждан на свободное перемещение, выбор места жительства и пребывания на территории Российской Федерации, а также на выезд за пределы государства и въезд на его территорию (ст. 27 Конституции РФ); права участвовать в управлении делами государства, избирать и быть избранным в органы государственной власти и местного самоуправления (ст. 32 Конституции РФ) и т.д..

2. Под судебным постановлением, указанным в ч. 2 комментируемой статьи, понимается любое судебное постановление, которое согласно ч. 1 ст. 13 ГПК РФ принимает суд (судебный приказ, решение суда, определение суда, постановлений президиума суда), а под решением арбитражного суда — судебный акт, предусмотренный ст. 15 АПК РФ.

Исходя из смысла ч. 4 ст. 13, ч. ч. 2 и 3 комментируемой статьи, ч. 2 ст. 209 ГПК РФ лица, не участвовавшие в деле, по которому судом общей юрисдикции или арбитражным судом вынесено соответствующее судебное постановление, вправе при рассмотрении другого гражданского дела с их участием оспаривать обстоятельства, установленные этими судебными актами. В указанном случае суд выносит решение на основе исследованных в судебном заседании доказательств.

3. С другой стороны, установленные вступившим в законную силу решением суда факты и правоотношения не могут быть оспорены сторонами и другими лицами, участвовавшими в рассмотрении дела, а также их правопреемниками, в другом процессе, в котором участвуют те же лица, и этим фактам и правоотношениям не может быть дана иная оценка в решении по другому гражданскому делу.

4. Если указанные факты и правоотношения оспариваются иными лицами в новом процессе, суд выносит решение на основе исследованных в судебном заседании доказательств. В случае, когда это решение противоречит ранее постановленному решению по другому делу, суд принимает предусмотренные законом меры к обеспечению возможности обжалования (внесения представления) данного решения в кассационном порядке.

5. Обстоятельства, установленные при рассмотрении дела по иску о праве на имущество, не имеют обязательного характера для лиц, не участвовавших в деле. Такие лица могут обратиться в суд с самостоятельным иском о праве на это имущество. В то же время при рассмотрении названного иска суд учитывает обстоятельства ранее рассмотренного дела о праве на спорное имущество, независимо от того, установлены ли они судебным актом суда общей юрисдикции или арбитражного суда. Если суд придет к иным выводам, нежели содержащиеся в судебном акте по ранее рассмотренному делу, он должен указать соответствующие мотивы.

6. Учитывая, что в силу ч. 4 комментируемой статьи вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом, суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения. В решении суда об удовлетворении иска помимо ссылки на приговор по уголовному делу следует также приводить имеющиеся в гражданском деле доказательства, обосновывающие размер присужденной суммы (например, учет имущественного положения ответчика или вины потерпевшего).

7. На основании ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, по аналогии с ч. 4 комментируемой статьи, следует также определять значение вступившего в законную силу постановления и (или) решения судьи по делу об административном правонарушении при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это постановление (решение).

8. Из закрепленной в ч. 4 комментируемой статьи правовой нормы также следует, что преюдициальными для гражданского дела являются выводы приговора суда по двум вопросам: имели ли место сами действия и совершены ли они определенным лицом. Другие факты, содержащиеся в приговоре, преюдициального значения для суда, рассматривающего гражданское дело, не имеют. В связи с этим содержащееся в приговоре суда указание о конфискации определенного имущества не лишает заинтересованных лиц права предъявить иск об освобождении имущества от ареста и возможности удовлетворения этого иска в порядке гражданского судопроизводства.

9. Справка прокуратуры об оцениваемом судом решении или действии (бездействии) сама по себе не имеет преюдициального значения для разрешения дела и должна быть оценена судом на основании ст. 67 ГПК РФ наряду со всеми иными доказательствами по делу.

10. Вывод о вине гражданина не может быть основан лишь на материалах предварительной проверки заявления (сообщения) о преступлении и постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела.

О действии преюдиции

Конституционный Суд РФ вынес очередное определение по жалобе на применение внутриотраслевой преюдиции, подтвердив свою неоднократно изложенную позицию о действии преюдиции, вновь указав на то, что преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Относительно возможности игнорирования вступивших в законную силу решений суда Конституционный Суд РФ в Постановлении от 21 декабря 2011 г. № 30-П, в п. 4.1 мотивировочной части, достаточно четко указал, что в качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов.

Однако ст. 10 и 118 Конституции РФ, ст. 6 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации» требуют обязательного исполнения вступивших в законную силу решений суда любой ветви судебной власти.

Не уважать и пренебрегать в рамках ординарного гражданского судопроизводства вступившими в силу решениями непозволительно. Однако возможность преодоления их окончательности существует, но только в процедурах, предусмотренных для экстраординарных стадий процесса: производстве в судах кассационной и надзорной инстанций, пересмотре по вновь открывшимся или новым обстоятельствам судебных постановлений, вступивших в законную силу (гл. 41 и 41.1, 42 ГПК РФ).

Вступившее в законную силу судебное решение приобретает правовую определенность (res judicata), а значит, не может быть поставлено под сомнение и пересмотрено лишь на том основании, что одна из сторон не согласна с выводами суда. Проверка такого решения только для проведения повторного слушания и получения нового судебного решения неоднократно признавалась Европейским Судом недопустимой и противоречащей принципу res judicata. Как отметил ЕСПЧ, власти должны уважать обязательную природу вступившего в законную силу судебного решения (см., например, ECHR, Pravednaya v. Russia, judgment of 18 November 2004, § 25; ECHR, Nelyubin v. Russia, judgment of 2 November 2006, § 22; ECHR, Bratyakin v. Russia, judgment of 9 March 2006).

Следует признать, что запуск механизма пересмотра в кассационном и надзорном порядке чрезвычайно сложен и поэтому может быть отнесен к исключительным и редко применяющимся способам исправления судебных ошибок. Но поиск баланса между требованиями правовой определенности и непротиворечивости судебных актов, с одной стороны, и необходимостью устранения судебных ошибок, с другой стороны, в гражданском процессе, по-видимому, должен решаться казуально.

Таким образом, преодоление преюдициальной силы судебного решения, принятого в рамках гражданского судопроизводства, затрагивающего юридическую силу и значение использованных при разрешении гражданского дела доказательств, возможно лишь в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве.

Несмотря на разъяснения Конституционного Суда РФ и достаточно определенную норму ст. 61 ГПК РФ, в теории и правоприменительной практике продолжаются споры о механизме реализации преюдиции. Обращение в Конституционный Суд РФ иногда демонстрирует попытку обратить внимание этого Суда на практику правоприменения, которую можно было бы рассмотреть как не соответствующую требованиям Конституции РФ.

Выводы из рассматриваемого определения Конституционного Суда РФ в совокупности с предыдущими его разъяснениями можно сформулировать следующим образом:
– преюдиция в гражданском судопроизводстве освобождает от доказывания фактических обстоятельств, позволяя суду самостоятельно давать юридическую оценку исследуемым правоотношениям;
– неопровержимость преюдиции относится только к невозможности отрицания преюдициально установленных обстоятельств в рамках рассмотрения в ординарном производстве другого дела, если они имеют значение для принятия решения;
– действующий закон допускает возможность преодоления преюдиции, но ограничивает эту возможность сложными процедурами экстраординарных производств.

Преюдиция: значение, особенности, недостатки

Многие юристы недооценивают преюдицию, однако ее значение огромно. Термин «преюдиция» имеет латинские корни (от лат. praejudicialis), что означает «относящийся к предыдущему судебному решению».

Где найти преюдицию?

Термин «преюдиция» прямо не поименован в гражданском процессуальном законодательстве или арбитражном процессе, однако имеет место в уголовном процессе. В Постановлении Конституционного Суда РФ от 21.12.2011 N 30-П «По делу о проверке конституционности положений статьи 90 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан В.Д. Власенко и Е.А. Власенко» суд указал, что преюдиция представляет собой обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором либо иным вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства. Данные обстоятельства признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки. То есть в уголовном процессе четко сформулировано понятие преюдиции.

При этом совсем недавно Конституционный суд подтвердил, что преюдиция не нарушает конституционные права граждан. Указанные нормы уголовно-процессуального закона сами по себе не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявителя, поскольку применение данной нормы по конкретному делу не подтверждено (Определение Конституционного Суда РФ от 25.05.2017 N 1014-О).

Отсутствие в других процессуальных кодексах понятия преюдиции не означает, что она не применяется, например, в арбитражном или гражданском процессе. Но в данных видах процесса преюдиция поименована как «основания освобождения от доказывания». Те обстоятельства, которые являются общеизвестными, не нуждаются в доказывании. Также не требуют доказывания те обстоятельства, которые уже были рассмотрены в гражданском деле и имеет место вступившее в силу решение суда общей юрисдикции по рассмотренному гражданскому делу.

Особенности преюдиции в различных видах процесса

Преюдиция в гражданском процессе

В гражданском процессе в п.2 ст. 61 ГК РФ указано, что основаниями для освобождения от доказывания являются обстоятельства, которые установлены вступившим в законную силу судебным постановлением.

Когда применяется преюдиция судами?

Обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица (п.13 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2016)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016).

А вот в отношении лиц, которые не участвовали в деле, такой принцип не действует. Такие лица могут обратиться в суд с самостоятельным иском. Такой вывод сделали судьи в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 (ред. от 23.06.2015) «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» применительно к правам на имущество. Но при этом судьи допускают возможность принятия судом иного решения, но в этом случае суд должен указать мотивы решения.

Если состав участников дела различен в гражданском и арбитражном процессах, то решение суда не может быть принято в порядке преюдиции (Определение Верховного Суда РФ от 13.09.2016 N 33-КГ16-14).

В этом случае подлежат доказыванию вновь те обстоятельства, которые имеют важное значение для дела. Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Преюдициальность приговора представляет собой обязательность выводов суда об установленных лицах и фактах, содержащихся во вступившем в законную силу приговоре по делу, то есть суд не может игнорировать выводы, сделанные другими судами (Определение Верховного Суда РФ от 31.05.2016 N 4-КГ16-12). Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 8 Постановления от 19.12.2003 N 23 «О судебном решении» разъяснил, что значение вступившего в законную силу постановления или решения судьи по делу об административном правонарушении при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это постановление (решение), определяется по аналогии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ. Преюдициальное значение признается вступившим в законную силу приговором суда по уголовному делу.

Рассмотрим, каким образом на практике суды применяют преюдицию.

Во-первых, преюдиция используется как механизм возмещения ущерба государству виновными лицами.

В Апелляционном определении Омского областного суда от 07.06.2017 по делу N 33-3766/2017 суд по иску о взыскании ущерба, возложении обязанности разработать проект рекультивации и провести рекультивацию земельного участка, признал претензии Управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Омской области обоснованными.

Постановлением от 20 сентября 2016 года N 25-77/2016 ООО «Лузинское зерно» привлечено к административной ответственности по части 2 статьи 8.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. В результате порчи (уничтожения) земель из оборота земель сельскохозяйственного назначения ООО «Лузинское зерно» выведен земельный участок общей площадью 13 кв. м. Согласно произведенному расчету сумма ущерба составляет 81 120 рублей. И поскольку было доказано административное правонарушение, то суд признал доказанным и ущерб государству.

Во-вторых, преюдиция применяется в отношении возмещения ущерба, связанного с преступлением, по которым осуждено виновное лицо.

В Апелляционном определении Красноярского краевого суда от 05.06.2017 по делу N 33-4345/2017 суд удовлетворил требования о возмещении ущерба, причиненного преступлением. Согласно п. 5 ч. 1 ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случаях причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда.

В-третьих, в порядке преюдиции возможно возместить вред, который возник в результате халатности.

В Апелляционном определении Верховного суда Республики Дагестан от 31.05.2017 N 33-2676/2017 суд взыскал с воспитателя детского сада размер ущерба, который возник в результате халатности работника. Согласно п. 1 ст. 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. Исходя из этого, суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения. Требованиям разумности и справедливости соответствует компенсация морального вреда в размере 150 000 рублей.

В целом, возможности преюдиции по гражданским искам не ограничены. Вместе с тем, важно помнить, что должен быть подтвержден факт вины лица, привлекаемого к ответственности и лица в административном, уголовном и соответственно гражданском судебном спорах должны совпадать

Преюдиция в арбитражном процессе

В арбитражном процессе также отсутствует понятие преюдиции. Однако в п.3 ст. 69 АПК РФ сказано, что вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции.

Аналогичные нормы действуют в отношении уголовных дел. Согласно п. 4 ст. 69 АПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Когда применяется преюдиция судами?

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ в своих решениях (Постановление от 21 декабря 2011 года N 30-П, определения от 21 ноября 2013 года N 1785-О, от 25 сентября 2014 года N 2200-О и др.), признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (Определение Конституционного Суда РФ от 29.09.2015 N 2060-О).

В отличие от гражданских судов арбитражные суды трактуют преюдицию более широко. Кредитор вправе предъявить иски одновременно к должнику и поручителю, либо только к должнику или только к поручителю. При этом в последнем случае суд вправе по своей инициативе привлекать к участию в деле в качестве третьего лица соответственно поручителя или должника (ст. 51 АПК РФ, Постановление Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 N 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством»).

Если есть решение суда, то ответчик не должен представлять доказательств того, что распространенные сведения соответствуют действительности, если оспариваемые факты установлены вступившим в законную силу решением суда (п.5 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 23.09.1999 N 46)

Чаще всего преюдиция в арбитраже используется в следующих случаях:

Во-первых, преюдиция используется как механизм взыскания кредитором задолженности.

Пример:

В Постановлении Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 29.05.2017 N Ф01-1187/2017 по делу N А79-2220/2016 суд удовлетворил требование, поскольку у должника имеются не исполненные в течение трех месяцев обязательства перед кредитором в сумме, превышающей сумму, установленную законом.

Во-вторых, преюдиция часто применяется в делах о банкротстве, например, если конкурсный управляющий совершил неправомерные действия.

Пример:

Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 11.05.2017 N Ф01-806/2017 по делу N А29-5320/2013. В силу части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле. Суды установили, что факт неправомерного расходования Побощенко А.И. денежных средств должника установлен вступившими в законную силу определениями от 13.07.2015 и 07.08.2015. Доказательств возврата в конкурсную массу денежных средств в размере 1 127 482 рубля 90 копеек материалы дела не содержат, в связи с чем суды пришли к выводу о необходимости обязания Побощенко А.И. возвратить в конкурсную массу указанную сумму.

В-третьих, преюдиция используется как механизм взыскания задолженности.

Пример:

В Постановлении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 24.05.2017 N Ф02-2257/2017 по делу N А78-11385/2016 индивидуальный предприниматель был признан несостоятельным. Арбитражный суд Забайкальского края принял во внимание вступивший в законную силу судебный акт Центрального районного суда г. Читы от 28.05.2015 по делу N 2-5516/2014, устанавливающий обстоятельства наличия задолженности Зайцевой М.В. перед кредитором в заявленной сумме, просроченной свыше 3 месяцев в размере более, чем 500 000 рублей, отсутствие доказательств погашения задолженности в заявленном размере. Суд пришел к обоснованному выводу о наличии условий для признания Зайцевой М.В. банкротом в порядке главы X Закона о банкротстве.

В-четвертых, преюдиция используется для признания договора незаключенным.

Пример:

Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 13.06.2017 N Ф04-1435/2017 по делу N А45-12941/2016.

Проблемы преюдиции

Многие правовые механизмы в нашей стране не совершенны. Так, и преюдиция имеет свои недостатки.

  1. Преюдицию достаточно трудно применять к корпоративным правоотношениям. В корпоративных спорах механизм преюдиции применялся редко, поскольку критерий участия тех же лиц можно было легко обойти путем введения в процесс фигуры нового акционера.
  2. Также преюдицию достаточно сложно применять, если параллельно идут два дела. Например, в части уголовного дела и в части взыскания задолженности, как правило, подобные дела рассматриваются судами параллельно. И бывает ситуация, когда по уголовному делу найдены виновные, а по гражданскому отказано во взыскании задолженности.
  3. Еще одним спорным моментом является ситуация привлечения к субсидиарной ответственности виновных лиц. Например, если виновным лицом признан работник организации, банка, а вот договор заключен с юридическим лицом. В этом случае воспользоваться преюдицией невозможно.

Таким образом, привлечь к ответственности в порядке преюдиции на практике не всегда легко.

В заключение необходимо отметить, что значение преюдиции, безусловно, велико, однако на практике приходится в двух разных судах фактически подавать иски по одним и тем же основаниям. Например, если у вас украли телефон, то сначала нужно найти преступника, а потом взыскать убытки в рамках гражданского процесса. К сожалению, на практике, даже простые дела могут занять значительное время.

Кассация разъяснила нюансы применения преюдиции по гражданским делам

Оренбургский областной суд представил на своем сайте обзор судебной практики президиума суда по гражданским делам за I квартал 2015 года.

В обзоре рассматриваются вопросы применения норм материального права и норм процессуального права.

В частности, анализируя одно из дел последней категории, президиум суда отмечает, что преюдициальное значение для рассмотрения гражданского дела может иметь только вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу, тогда как иные постановления, принятые судом в рамках рассмотрения уголовного дела, не имеют преюдициального характера.

Б. обратился в суд с исковым заявлением к С. о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование исковых требований Б. указал, что в результате столкновения автомобилей под управлением С. и Г. ему, как пассажиру одного из автомобилей, был причинен вред здоровью, квалифицируемый как тяжкий.

Решением суда первой инстанции исковые требования Б. частично удовлетворены.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского облсуда от 18 сентября 2014 года решение суда первой инстанции от 23 июня 2014 года отменено в связи с наличием безусловных для этого оснований, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса РФ, принято новое решение о частичном удовлетворении исковых требований.

Частично удовлетворяя требования истца о взыскании компенсации морального вреда с владельца источника повышенной опасности, суд второй инстанции исходил из того, что законом предусмотрена солидарная ответственность участников ДТП, причинивших вред здоровью третьему лицу, вне зависимости от вины владельцев источников повышенной опасности. При этом суд апелляционной инстанции в обоснование виновности С. в дорожно-транспортном происшествии сослался на преюдициальное значение для рассмотрения настоящего гражданского дела состоявшегося ранее постановления суда о прекращении производства по уголовному делу по обвинению С. в совершении преступления в связи с актом об амнистии.

В соответствии с положениями частей 2 и 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Изменяя апелляционное определение и исключая из его мотивировочной части выводы о виновности С. в дорожно-транспортном происшествии, президиум Оренбургского облсуда указал, что постановление суда о прекращении уголовного дела в связи с актом об амнистии не является судебным актом, предусмотренным частью 2 статьи 61 Гражданского кодекса РФ, в связи с чем не может быть обязательным для суда, рассматривающим гражданское дело (постановление от 2 марта 2015 года № 44г-7)

С полным текстом обзора судебной практики президиума Оренбургского областного суда по гражданским делам за I квартал 2015 года можно ознакомиться здесь.

Вплоть до середины XIX века судебная система в Российской империи была выстроена согласно «Учреждению о губерниях» 1775 года и предполагала три уровня судов: уездный, губернский и общегосударственный. Эти суды были зависимы от административных учреждений и часто затягивали рассмотрение дел на целые десятилетия. Ситуацию осложняло огромное количество правил и исключений из них. Подозреваемых стращали и истязали, чтобы добиться признания вины. Сам суд проходил в их отсутствие, значение имели только документы по делу. Защитников не существовало, а подсудимые почти всегда были лишены возможности обжаловать приговор.

Государственный секретарь Российской империи Михаил Сперанский понимал, что нужно менять судебную систему, но ему удалось лишь провести министерскую реформу и преобразовать коллегии в восемь министерств. Ими управлял министр, ответственный перед Сенатом. Устройство гражданских и уголовных судов поручалось вновь созданному Министерству юстиции (Манифест «О разделении государственных дел на особые управления, с обозначением предметов, каждому управлению принадлежащих» от 25 июля 1810 года).

Следующий шаг на пути к реформированию предпринял председатель департамента законов Государственного совета граф Дмитрий Блудов: в 1842 году он выпустил Свод законов, а в 1845 году – Уложение о наказаниях. Граф также направил Николаю I подробную записку со своим видением реформ. И хотя император согласился с ней, воплощать в жизнь не стал.

18 февраля 1855 года на престол взошел Александр II. Спустя год, после прекращения Русско-турецкой (Крымской) войны, Александр II объявил: «Да правда и милость царствуют в судах». Чтобы этого добиться, в 1861 году был создан специальный Совет (разрабатывал текст законопроектов) и Государственная канцелярия (редактировала их и утверждала). В 1862 году появился первый проект реформы, а в 1864 году совет представил Судебные уставы, которые впоследствии и были приняты.

20 ноября 1864 года Александр II в Царском Селе подписал Указ Правительствующему сенату, в котором говорилось о намерении водворить в России суд «скорый, правый, милостивый и равный для всех подданных», а также возвысить судебную власть и дать ей надлежащую самостоятельность. Для этого были приняты «Устав гражданского судопроизводства», «Устав уголовного судопроизводства», «Учреждение судебных установлений», «Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями» и «Изменение судопроизводства в старых судебных местах».

Фрагмент Указа Правительствующему сенату от 20 ноября 1864 года

Фото из книги «Россия. Законы и постановления» (источник – Президентская библиотека)

В результате реформы судебная власть отделилась от административной, у судов появилась независимость, гласность, открытость и состязательность. Дела стали делиться на гражданские и уголовные, а судопроизводство – на предварительное и судебное. Каждое судебное действие должно было выполняться в установленный срок, что значительно ускорило разбирательство. Были отменены некоторые виды телесных наказаний (розги, плети, шпицрутены, палки, клейма) для мужчин и все виды – для женщин.

Появился институт судебных следователей. Именно они возбуждали следственное дело, руководили оперативной деятельностью полиции, опрашивали свидетелей и подозреваемых, собирали доказательства – то есть выполняли функции современных дознавателей и следователей. О начале каждого следственного действия следователь уведомлял прокуратуру. Когда следователь решал, что имеется достаточно доказательств для обвинения либо прекращения преследования, он передавал следственное дело прокурору. Следователи состояли при окружных судах, были процессуально независимыми, несменяемыми и при нехватке судей могли заменить их.

Карикатура на российскую судебную систему. Конец 1850-х гг. Фото: wikipedia.orgПрокуратура стала обособленной ветвью судебного ведомства и подчинялась министру юстиции. Прокуроры могли возбуждать уголовное преследование, руководить полицейскими на стадии дознания и надзирать за их действиями. На предварительном следствии прокурор наблюдал за следователем и мог предложить ему совершить те или иные действия. Прокуроры проверяли законность содержания под стражей, посещали места заключения и отдавали приказы о немедленном освобождении незаконно лишенных свободы. Они составляли обвинительные заключения или предложения о прекращении дел, представляли их в суды и поддерживали обвинение, контролировали исполнение приговора. Прокуроры должны были работать при общих судах всех уровней. В гражданских процессах они представляли интересы казны.

В противовес прокурорам появились адвокаты (присяжные поверенные). Адвокатом мог стать только человек с профильным высшим образованием и пятилетним стажем работы. Кандидатов утверждал выборный Совет присяжных поверенных, он же объявлял выговоры, временно приостанавливал деятельность защитников и исключал их из корпорации. Присяжные поверенные могли действовать лишь в судах того округа, при котором они состояли. Их услуги оплачивались по письменному соглашению сторон или по официальной таксе, а если подсудимый не был способен внести деньги – из фонда, в который поступал определенный процент от гонораров всех поверенных округа.

Особо тяжкие уголовные дела рассматривали присяжные заседатели, которые выносили вердикт путем тайного голосования. Коллегия присяжных утверждалась губернатором с учетом оседлости (не менее двух лет), возраста (от 25 до 70 лет), благосостояния (в собственности должно быть имущество на сумму не менее 2000 руб.).

Судебные уставы 1864 года также вводили нотариат и службу судебных приставов. Нотариусы рассматривали документы и устанавливали их подлинность, а старшие нотариусы вели крепостные книги – реестры сделок с недвижимостью. Нотариусы служили при окружных судах, однако могли иметь и свой собственный офис. Их зарплата состояла из вознаграждений от клиентов по тарифу. Судебные приставы были при каждом суде, они вручали участникам процесса повестки и документы, помогали исполнять судебные решения. Приставы при вступлении в должность вносили залог и вступали в самоуправляемые корпорации, которые солидарно отвечали за ущерб от неправомерных действий своих членов.

Судебные уставы императора Александра Второго. Фото: rcoit.ru В результате реформы суды стали общими для всех сословий, а стороны по делу получили одинаковые права и процессуальную независимость на предоставление и опровержение доказательств. Были созданы две ветви судов по две инстанции в каждой – мировые суды и мировые съезды, окружные суды и окружные съезды. Окружные судьи назначались пожизненно, мировые избирались на определенный срок. Стать судей мог только человек с юридическим образованием, судебным опытом и безупречной репутацией. В первые годы реформы отбор таких лиц был настолько строгим, что чиновники Минюста лично объезжали губернии и знакомились с кандидатами.

Мировой суд рассматривал мелкие гражданские дела и кражи, а окружной – гражданские и уголовные дела, которые не относились к компетенции мировых судов. В качестве общей третьей инстанции функционировали кассационные департаменты сената. Также действовала Судебная палата, где рассматривались в качестве суда первой инстанции дела о государственных преступлениях и преступлениях, совершенных чиновниками, в качестве суда апелляционной инстанции – жалобы на решения окружных судов. Следствие по политическим делам вела жандармерия, а рассматривало Особое присутствие Правительствующего сената. Важные политические дела слушал Верховный уголовный суд. Назначить смертную казнь мог только сенат и Военный суд. Император оставлял за собой право вмешаться в рассмотрение наиболее важных процессов.

Первый суд, созданный по новым правилам, открылся в 1866 году в Санкт-Петербурге. На торжественной церемонии присутствовал министр юстиции Дмитрий Замятнин и иностранные гости. В том же году заработали суды в Новгородской, Псковской, Московской, Владимирской, Калужской, Рязанской, Тверской, Тульской и Ярославской губерниях. Предполагалось, что переходный период займет четыре года, в действительности процесс распространения новой судебной системы затянулся почти на четверть века.

В начале правления Александра III продолжилось распространение новой судебной системы в еще 13 губерниях: в 1883 году судебные учреждения были введены в Северо-Западном крае, в 1890 году – в Прибалтийских губерниях, в 1894 году – в Олонецкой, Оренбургской, Уфимской и Астраханской губерниях, в 1896 году – в Архангельской губернии, в 1897 году – в Сибири, в 1899 году – в Средней Азии и в северной части Вологодской губернии. Однако к концу XIX века произошел незначительный возврат к прежнему режиму. На местах мировые судьи были заменены земскими участковыми начальниками, которые выбирались исключительно из дворян и располагали неограниченной властью над крестьянами. Некоторые категории дел были изъяты из ведения суда присяжных, а в судопроизводстве по политическим делам ограничилась гласность.

Тем не менее судебная реформа Александра II стала одним из лучших радикальных, демократических и последовательных преобразований в России. После нее судебные процессы в Российской империи стали четко регламентированы, следствие велось достаточно быстро и качественно, исчезла путаница и волокита. Как замечают историки, новый судейский корпус с первого дня отличался компетентностью, преданностью делу и честностью. Именно благодаря реформе на юридических факультетах обязательным предметом стало ораторское искусство. «Нельзя не признать, что мы, сегодняшние, до сих пор в существенной мере пользуемся плодами этих реформ во всех сферах нашей жизни. В том числе в сфере правовой и судебной системы», – отметил председатель Конституционного суда Валерий Зорькин.

В материале использована книга А. А. Корнилова «Курс русской истории XIX века», статья Г. А. Филонова и В. С. Черных «Судебная реформа Александра II», а также сведения из других открытых источников.

Илья Рыбалкин: непредсказуемость, напряженность и связанная с этим нервозность – это плохие спутники бизнеса. Крупный российский бизнес, имеющий международное присутствие, не исключение. У российских клиентов, которым нужны консультации в связи с их международной деятельностью, нет уверенности в том, что юристы, которым они доверяли много лет, будут с ними в это трудное время. Именно поэтому мы создали свою юридическую практику. Мы российская юридическая фирма, которая в состоянии предоставить те юридические услуги, которые российский бизнес хотел бы получить от международных консультантов. Именно за этим к нам и приходят.

Востребовано консультирование по вопросам применения санкций и торговых ограничений. В последнее время намечается новый тренд: российский бизнес не готов мириться с санкциями, маскирующими протекционизм и недобросовестную конкуренцию в международной торговле. Бизнесмены и частные компании все чаще интересуются возможностями обжалования или другими мерами реагирования.

Сурен Горцунян: также растет число комплаенс-запросов, это глобальная тенденция. Регуляторы наращивают активность, компании же хотят соответствовать требованиям законодательства. В целом на рынке сделок меньше, чем споров. Эта кризисная черта сохраняется.

ИР: заметен еще один интересный тренд, который зависит не от санкций, а от естественного хода вещей. Это наследственные вопросы и передача бизнеса следующим поколениям. Немалое число российских бизнесменов, которые с 90-х годов, не покладая рук, создавали свои бизнес-империи, задумываются о преемственности. Это очень конфиденциальные запросы и проекты, но их число неумолимо растет. Замечу, что и в подобных проектах появляется геополитический элемент: посмотрите, что происходит в Лондоне в связи с приказами о «происхождении состояния, которое не объяснено». Снова, но уже по-другому задается вопрос: откуда у вас столько денег, товарищи? Вроде всех уже проверили, дорогие сердцу юристы исписали не одну тонну бумаг, суды вынесли немало решений и «снова здорово». Как юриста это меня несколько расстраивает, но не удивляет. Геополитика.

О востребованности российских юрфирм

ИР: Если говорить в очередной раз о геополитике. Весьма актуальной в современных реалиях становится защита интересов Российской Федерации в международных инвестиционных спорах с участием иностранных инвесторов. В этой связи возрастает спрос на юристов-международников, которые разбираются в инвестарбитражах и могут выступать «навигаторами» в сравнительно новых для нашего государства вопросах. Традиционно эту нишу в качестве консультантов занимали исключительно иностранные специалисты, но в силу ряда причин status quo должен поменяться. Мы уже наблюдаем серьёзные изменения: российские юридические фирмы все больше оказываются вовлечёнными в подобные проекты.

В последнее время много говорят о том, чтобы усилить давление на международных консультантов и ввести дополнительное регулирование их деятельности в России. Это неправильно, на мой взгляд. Пусть расцветает сто цветов. Конкуренция – это хорошо. Российская или международная фирма – это не так важно, если юристы могут сделать работу и достигнуть того результата, который ожидает от них клиент.

О переменах на юридическом рынке

ИР: рынок уже меняется. Геополитическая реальность существует помимо нас. Вряд ли кто-то понимает объективные критерии отбора кандидатов в санкционные списки того или иного уровня. Если в них неожиданно попадает многолетний клиент международной юридической фирмы, то это ставит её перед непростым выбором. В подобной ситуации западные офисы опасаются работать с таким клиентом из-за риска уголовной ответственности и возможных репутационных проблем в США. Российский офис рискует лишиться большого объема работы. Но сложнее всего партнерам, которые «привели» подобного клиента и поддерживают с ним отношения от имени фирмы. Один партнер будет руководствоваться принципом «ничего личного, только бизнес», и тогда фирма перестанет работать с клиентом. Другой – лояльностью и своим представлением об этике отношений с клиентом. Скорее всего, такой партнер перейдет в юридическую практику, которая не имеет жесткого санкционного регулирования, или создаст свою.

Это очень тяжелый выбор. Но если кто-то из партнеров международных юридических фирм когда-нибудь попадет в подобную ситуацию, я готов поделиться своим опытом.

СГ: мы рады, что сегодня находимся в гибкой платформе: если возникнут неблагоприятные последствия для российских клиентов, нам не придется думать об американском законодательстве так, как если бы мы были партнерами американских фирм, или отказываться от клиентов. К тому же мы не связаны какой-либо лояльностью к собственным офисам и можем идти в любые компании за экспертизой – географически, индустриально или юридически.

О пути к юриспруденции

СГ: есть семейная история и история случайных совпадений. Семейная в том, что юристом был мой дедушка. После девятого класса я поступал на экономический факультет в новое экспериментальное учебное заведение перестроечных лет – Христианский гуманитарный лицей. Экономический факультет в нем так и не открыли – желающим, которых похоже, было немного, предложили выбрать между историческим факультетом и юридическим. Вот так я пошел по юридической стезе.

ИР: у меня все очень просто. Мой отец был дипломатом (юристом-международником), дедушка был дипломатом, поэтому в семье не стоял вопрос, куда пойти учиться: в МГИМО, конечно, на международно-правовой факультет.

О выборе в пользу консалтинга

ИР: в конце 90-х в среде молодых выпускников юридических факультетов считалось «крутым» работать в международной юрфирме – мои старшие товарищи работали кто в Norton Rose, кто в Cleary. Я подал несколько резюме и меня пригласили работать в немецкую юрфирму (я хорошо знал немецкий язык, потому что прожил в Германии восемь лет). Я втянулся, и, наверное, у меня проявился талант юридического консультанта. Признаться, слово «консультант» я не очень люблю. Стоит поодаль, отстраненно наблюдает и советует. Я – часть команды моих клиентов. В любом проекте.

СГ: у меня, кстати, тоже подобная история из 90-х – be careful what you wish for. Тогда действительно было модно хотеть стать партнером международной юрфирмы – я тоже хотел стать партнером. Я не сразу попал в мир международных юрфирм, был эпизод участия в российской правовой реформе – написания законопроектов для РФ, в 1995–1997 я работал в thinktank-ах, которые разрабатывали законодательство. Потом я попал в программу интернов White & Case, затем было много лет в Herbert Smith (в настоящее время Herbert Smith Freehills) – они только открыли офис, и я был первым российским юристом-непартнёром, которого они наняли.

О борьбе с профвыгоранием и особенностях российского рынка

ИР: я никогда не стремился к партнерству, отчасти меня даже не спрашивали. В определенной кризисной ситуации я сыграл, по мнению партнеров той юридической фирмы, значимую роль в ее стабилизации, проявив морально-волевые и иные полезные качества. И стал партнёром. Работа партнёра сопряжена с очень большой ответственностью и занимает очень много времени. Но мне до сих пор очень нравится развивать бизнес, делать работу руками и общаться с людьми. Где еще такая возможность – ну не чиновником же мне быть?

СГ: я, наоборот, сразу представлял карьерную цель – быть партнером. Достиг этого не в таком юном возрасте, как Илья, но тоже до 30 лет. Для английских партнеров это было очень необычным, и нам с Оксаной, которая предложила мне партнерство в Lovells [Оксана Балаян, упрпартнер Hogan Lovells в России – ред.], приходилось составлять статистику и ссылаться на реалии молодой экономики, приводя в пример молодых олигархов и юристов.

ИР: я честно всегда говорю, это надо признавать, что отчасти мне повезло. Но еще, чтобы повезло, надо много поработать и попахать. Как говорил Константин Райкин: «Бог сверху награждает того, кто выпрыгивает ему навстречу».

СГ: в борьбе с выгоранием помогали две вещи. Первая – особенности российского рынка: у нас нет такой сегментации и узкой специализации, которая присутствует на развитых рынках Лондона или Нью-Йорка, где в течение семи лет человек может делать только, например, derivative taxation. У нас была возможность работать над разными вещами: в течение своей карьеры я занимался и спорами, и сделками, и проектами, и нефтесервисом, и розницей, и недвижимостью. Это делало жизнь более разнообразной и не позволяло дойти до точки, когда ты приходишь к выгоранию. Второе – клиенты видят в нас не просто юристов, а trusted advisors. Возможность быть частью чего-то большего, чем просто юридическая работа, когда ты находишься в доверительных отношениях с клиентом – это то, что всегда оберегало меня от выгорания в профессии.

ИР: мне тоже везло на клиентов, я встречался, как правило, с хорошими, умными и благодарными людьми. Это настолько важно в нашей профессии – когда тебе просто говорят спасибо или поддерживают, когда тебе сложно. Кроме того, интересные проекты позволяют развиваться личностно и профессионально. Я начинал работу как налоговый юрист, потом появились сделки M&A, затем – сложные трансграничные споры.

Как-то мне показалось, что я устал от юридической профессии, мне захотелось уйти в инвестиционный банк или в бизнес. И очень быстро пришло озарение: современная юридическая практика и есть бизнес. Как только ты это понимаешь, видишь, что им надо управлять, развивать, конкурировать, все мысли о выгорании выгорают. Я считаю, что я занимаюсь своим делом. Это мое призвание.

О доверии клиентов

СГ: большинство клиентов, например, согласились перейти за нами в «РГП». И это не просто смена бренда на бренд. Когда ты говоришь, я ухожу из White & Case в Latham Watkins – это одна история. Когда ты говоришь: я встаю и ухожу из Akin Gump в «Рыбалкин, Горцунян и Партнеры» – здесь проявляется доверие.

Компании сейчас (и в России, и глобально) все больше хотят использовать внутренних консультантов. Где-то это вопросы секретности, где-то экономии – мотивация различна. Но нам удалось сформировать длящиеся отношения с клиентами.

О том, где лучше жить и судиться

ИР: в Москве сложно бывает зимой, когда солнца мало. Еду тогда за солнцем на моря и океаны ненадолго. Или раскладываю в офисе апельсины. Жить мне нравится здесь. Тут моя семья, друзья и работа. И в нашей стране судиться становится интереснее. Появляются масштабные проекты с участием флагманов российского бизнеса, «Роснефти», «Газпрома», «Транснефти» или Сбербанка, споры по которым разрешаются в российских судах с привлечением легиона талантливых российских судебных юристов. Российская судебная система созрела для судебных баталий такого масштаба. Безусловно, с учетом международной активности российского бизнеса разбирательства в иностранных судах и арбитражных центрах будут нередкими.

СГ: я очень люблю свою родину, Москву – это экзистенциальный выбор в пользу России. А судиться бывает эффективнее в Англии, и я сейчас не имею в виду разницу в квалификации судей и традиции применения права или разницу между правовыми системами, а такой простой, но организующий и часто определяющий поведение сторон в процессе институт, как расходы, поскольку в российском процессуальном законодательстве все еще нет важного акцента на расходы. Этого, кстати, нет во многих юрисдикциях. После реформы Лорда Вульфа в 2000-е английская система была реформирована таким образом, чтобы заставлять всех более эффективно и прагматично структурировать свои аргументы и достигать быстрого решения эффективно.

О непрактичности юридического образования

ИР: когда учился я, образованию не хватало практической составляющей. По крайней мере, я могу сравнивать с немецким подходом к профессиональному образованию, проработав семь лет в немецкой юридической фирме. Образовательный процесс построен не столько на запоминании информации, сколько на ее самостоятельном осмыслении и формировании навыка правоприменения.

Этой же цели служит референдариат, погружение в практическую работу адвоката, нотариуса, судьи или чиновника. Я никогда не встречал слабых немецких адвокатов. Работал ли я с неубедительными российскими, американскими или английскими адвокатами? Да. Хотел бы, однако, отметить, что, судя по молодым сотрудникам нашей фирмы, уровень и направленность юридического образования в нашей стране качественно изменились. У нас работают блестящие юристы.

Об авторитетах в профессии

ИР: авторитетом для меня является Генри Маркович Резник. Он многое делает для воплощения идеи культуры права в нашем обществе, поднимая очень важные и глубинные этические вопросы в нашей профессии. Это очень мощный человек, каких мало в юридической профессии.

СГ: у меня нет одного такого человека, я встречался со многими талантливыми юристами, мой перечень менторов, которые на меня повлияли, может исчисляться десятками – там точно есть необычные люди. Например, Сергей Анатольевич Шишкин, вице-президент АФК «Система», адвокат Александр Робертович Шуваев. Для меня жизненными ориентирами были и являются многие мои коллеги по White & Case – это и Хью Верье, и Эрик Михайлов, и Игорь Остапец. И многому я научился, работая с другой стороны стола, у таких выдающихся юристов, как Брайан Зимблер (теперь в Morgan Lewis) или Мелисса Шварц (Akin Gump).

О причинах отказа от клиента

СГ: отказываться от клиентов приходится сплошь и рядом. Первая и главная причина – это конфликт. Он бывает нескольких типов – этические конфликты, бизнес-конфликты, что более сложно, и для этих целей хорошо, что мы маленькая фирма и вероятность конфликта невелика.

ИР: я не буду работать над делом, в успех которого не верю. Я откажусь от клиента, который меня обманывает или недоговаривает. Юристу врать нельзя, если ты хочешь, чтобы тебе помогли.

О будущем профессии

СГ: хотелось бы, чтобы наша профессия была востребована через какое-то время, а имидж ее был позитивным. Чтобы было больше благодарности и положительного восприятия.

ИР: я хотел бы создать в России юридический бизнес нового поколения, используя мой 20-летний опыт и знания, полученные в лучших международных юридических практиках.

СГ: в российских фирмах исторически отношение к юристу сложилось словно к художнику. Опыт работы в международных фирмах научил нас относиться к юриспруденции как к бизнесу. В России мы видим много талантливых юристов, которые не понимают, как его структурировать. Ситуация должна поменяться.

Краснодарский адвокат Михаил Беньяш почти месяц просидел в одиночке спецблока СИЗО из-за обвинений по двум уголовным делам (см. «Суд отправил адвоката Беньяша в СИЗО»). Первое – о применении насилия в отношении полицейского. Следствие считает, что 9 сентября 2018 года Беньяш три раза ударил сотрудника правоохранительных органов в лицо, а также укусил за руку. Второе уголовное дело – о воспрепятствовании правосудию, которое, по версии следствия, произошло в мае этого года. Тогда Беньяш представлял интересы участника протестной акции Каролины Задойновой, в ходе чего «неоднократно перебивал, давал указания, высказывал требования и возражения против решений судьи, о чем ему делались замечания, на которые адвокат не реагировал» (см. «На краснодарского адвоката Беньяша завели два уголовных дела»).

Помимо двух уголовных дел, Беньяша привлекли к административной ответственности за нарушение порядка организации публичного мероприятия и за невыполнение требований сотрудников полиции (ст. 19.3 и ст. 20.2 КоАП). Ленинский районный суд Краснодара назначил Беньяшу наказание в виде 40 часов обязательных работ и 14 суток ареста, а Краснодарский краевой суд подтвердил законность этого решения. В ближайшее время оно будет обжаловано в ЕСПЧ.

История преследования Беньяша так возмутила адвокатское сообщество, что в его защиту было подписано коллективное обращение от 316 адвокатов из 50 регионов России, интересы об избрании меры пресечения представляли 11 адвокатов, а жалобы на арест подали не менее 30 человек. По словам адвоката Беньяша Алексея Аванесяна, на каждом процессе лично присутствуют в среднем 10–12 защитников, а всего в деле около 20 ордеров. Помочь вызвались адвокаты со всей России: Кондрат Горишний и Евгений Кочубей из Краснодара, Александр Пиховкин из Москвы, Александр Попков из Сочи, Григорий Афицкий из Ростова-на-Дону, Татьяна Третьяк из Геленджика, Алексей Иванов из Твери, Александр Морозов из Санкт-Петербурга. «Большинство этих людей лично не знают Беньяша, и многие не разделяют его политических взглядов. Я сам видел Беньяша всего два раза в жизни, мы познакомились в суде. Когда его задержали, я просто оказался неподалеку и смог оперативно приехать», – рассказал Аванесян. Он акцентировал внимание на следующих моментах: «Михаила задержали в 4 км от места проведения митинга, и идти туда он не собирался. Сейчас Беньяша подозревают в преступлении средней тяжести, у него двухмесячный ребенок, жена находится на операции в другом регионе, есть обязательства перед клиентами, и тем не менее из всех возможных мер пресечения суд избирают арест».

Президент ФПА Юрий Пилипенко 12 сентября на личной встрече с главой МВД Владимиром Колокольцевым обсуждал ситуацию с Беньяшем. «Министр внутренних дел ответил, что он разберется в этой ситуации», – рассказал Пилипенко. Правда, впоследствии на Беньяша завели уголовные дела. После задержания Беньяша ФПА сообщила: «Мы взаимодействуем с руководством АП Краснодарского края и с комиссиями по защите прав адвокатов. Дано поручение взять это дело под свой оперативный контроль, в случае обнаружения обстоятельств, требующих оперативного, незамедлительного вмешательства, принять соответствующие меры». Председатель Комиссии Совета ФПА по защите прав адвокатов Генри Резник рассказал, что лично контролирует развитие ситуации по уголовному делу, созванивается с адвокатами, осуществляет их методическую и юридическую поддержку.

Адвокатская палата Краснодарского края направила в процесс своего представителя – председателя Комиссии по защите профессиональных прав адвокатов Ростислава Хмырова. «Я присутствовал и на административных процессах в отношении Беньяша, и на избрании ему меры пресечения. Я также был среди 13 адвокатов, которые лично поручились за Михаила. Помимо личного поручительства, мы предлагали суду назначить домашний арест, ограничение свободы или залог – и на каждое ходатайство подготовили свой пакет необходимых документов. Тем не менее какие бы доводы мы не приводили, суд их все проигнорировал и отправил Михаила в СИЗО. Понятно, что это политическое дело, но нельзя же игнорировать закон! Этот процесс показывает: сколько бы ни было адвокатов, для суда они просто декорация – решение все равно будет таким, каким его хочет видеть прокурор», – уверен Хмыров.

Зампред Комиссии по защите прав адвокатов АП Москвы адвокат Александр Пиховкин рассказал, что выступил в защиту Беньяша по своей инициативе: «Нарушение прав адвоката Михаила Беньяша – это нарушение и моих профессиональных прав. Личное участие в защите коллеги является для меня и для других защитников естественной реакцией на происходящее беззаконие и безобразие по отношению к адвокату. Я не разделяю ни взглядов Беньяша, ни его способов оказания юридической помощи. Но когда его профессиональные права попираются и отрицаются в самой своей основе, я вынужден рассматривать это как попрание и отрицание моих профессиональных прав». По словам Пиховкина, защита в полном объеме использует арсенал установленных законом средств, чтобы возвращать процесс в правовое поле, но это получается не всегда. «Например, в ходе избрания меры пресечения суд отказал в ходатайстве защиты об объявлении часового перерыва для ознакомления с материалами дела. Судья ограничила время ознакомления с 60 листами двумя минутами, сказав, что не позволит устраивать тургеневские чтения. Вот этот запрет на тургеневские чтения – довольно точная метафора отношения судебной системы к правам вообще и к правам адвоката в частности. А ведь речь идет о лишении на несколько месяцев свободы человека, который еще не признан виновным», – объяснил Пиховкин.

Президентский совет по правам человека потребовал тщательно расследовать обстоятельства задержания адвоката. В СИЗО Беньяша посетил председатель совета Михаил Федотов: «Мы довольно подробно побеседовали с Михаилом Беньяшем о его деле. Он рассказал, что претензий к условиям содержания в СИЗО нет, но он совершенно не согласен с обвинениями, которые ему предъявлены. Он опасается, что если эти обвинения будут доведены до конца, то будет создан опасный для всех адвокатов прецедент. Я заверил Михаила, что совет будет внимательнейшим образом следить за развитием его дела и сделает все необходимые обращения в Следственный комитет и прокуратуру».

На обжаловании меры пресечения 23 октября присутствовали 18 адвокатов, самих жалоб было около 20. В итоге Краснодарский краевой суд пересмотрел решение нижестоящего суда и отпустил Беньяша под залог в 600 000 руб. Его внесла Адвокатская палата Краснодарского края. Об освобождении адвоката просила не только его защита, но и сторона обвинения (см. «Адвоката Беньяша отпустили из СИЗО под залог»).

По данным ФПА, за последние 15 лет было убито 49 защитников, при этом только 12 преступлений раскрыто. В мае 2017 года в Москве погиб французский адвокат Марк Соловье. По мнению следствия, с юристом расправился уроженец Дагестана Даньял Алирзаев, который намеревался приобрести у него квартиру в столице. В июле этого года Гагаринский районный суд Москвы вернул это дело на доследование (см. «Суд вернул следователям дело об убийстве французского адвоката»).

26 апреля 2017 года в подъезде дома, расположенного на Алтуфьевском шоссе Москвы, была убита из огнестрельного оружия глава адвокатской коллегии «Дельфи», адвокат Наталья Вавилина. Преступники произвели по крайней мере два выстрела, от которых женщина скончалась на месте. Вавилина занималась сопровождением сделок с недвижимостью, долговыми процессами, а также защищала интересы частных строительных фирм, к которым подавали иски РЖД, мэрия Москвы и Москомархитектура (см. «В Москве убита адвокат Наталья Вавилина»).

В марте 2016 года адвокат Юрий Грабовский был найден мертвым возле трассы в Киевской области. Следствие установило, что 5 марта Грабовский по частному делу выехал в Одессу, где отдыхал в одном из ресторанов со своими недавними знакомыми, а затем отправился на встречу, с которой уже не вернулся.

В сентябре 2014 года в Москве застрелили адвоката Татьяну Акимцеву, которая защищала одну из сторон в имущественном споре ООО «Одинцовское подворье», а также пострадавших от действий ореховской ОПГ. Ее коллега Александр Карабанов рассказал, что им с Акимцевой угрожали по ряду дел. В апреле 2016 года обвинение в убийстве Акимцевой и ее водителя было предъявлено двум киллерам ореховской ОПГ – Сергею Фролову и Игорю Сосновскому (см. «В убийстве адвоката Акимцевой обвинили киллеров ореховской группировки»).

Адвокат межреспубликанской коллегии адвокатов г. Москвы Станислав Маркелов был застрелен 19 января 2009 года на улице Пречистенка в центре Москвы спустя полчаса после окончания пресс-конференции. Находившаяся рядом с ним журналистка издательства «Новая газета» Анастасия Бабурова была тяжело ранена и позднее скончалась в больнице. Спустя год СК РФ завершил расследование уголовного дела – виновными признаны Никита Тихонов и Евгений Хасис. Установлено, что придерживающиеся радикальных националистических взглядов и идей Тихонов и Хасис совершили преступление по мотивам идеологической ненависти и вражды в связи с активным участием Маркелова в антифашистском движении и осуществлением им профессиональной деятельности по уголовным делам по защите прав потерпевших и обвиняемых, придерживающихся антифашистской идеологии (см. «Адвоката Маркелова убили за профессиональную деятельность – расследование дела окончено»).

Четыре года назад именно адвокатское сообщество помогло защитникам Мураду Мусаеву и Дарье Трениной, которые подозревались в подкупе свидетелей и давлении на присяжных по делу полковника Юрия Буданова. Тогда Мусаева вызвались защищать 93 адвоката, а Тренину – 40 адвокатов, среди которых был Александр Гофштейн. В феврале 2015 года Преображенский суд Москвы прекратил это уголовное дело в связи с истечением срока давности.

Гофштейн знает, что такое уголовное преследование адвокатов. В 2006 году он сам был задержан в Испании за оказание помощи русской мафии. По сути, адвокату вменялось осуществление профессиональных обязанностей. Несмотря на это, Гофштейн около года провёл в испанской тюрьме, прежде чем был оправдан.

Адвокат из Хакассии Владимир Дворяк в 2016 году был осуждён за разглашение тайны предварительного следствия при оказании услуг по защите одного из руководителей регионального управления МЧС. Его приговорили к 400 часов обязательных работ. Вмешательство адвокатского сообщества, а также непосредственное участие в защите Резника позволили обжаловать приговор и оправдать Дворяка.

Адвокат АП Ленинградской области Лидия Голодович стала фигурантом дела о применении насилия в отношении сотрудника власти. В середине июля этого года приставы отказались пропустить в Невский районный суд Санкт-Петербурга свидетеля в укороченных брюках: сотрудники сочли его штаны шортами. Голодович с этим не согласилась и попыталась добиться разрешения на проход у председателя суда. В итоге её вывели из приемной в наручниках и доставили в отдел полиции (см. «Задержанный в суде адвокат стал фигурантом дела о насилии над приставами»).

Барнаульский адвокат Роман Ожмегов вел дела о репостах в социальных сетях, после чего его обвинили в причинении телесных повреждений четырём сотрудникам Центра «Э». Сейчас дело в отношении Ожмегова находится на доследовании.

В Москве заведено уголовное дело на адвоката Андрея Маркина, который подозревается в мошенничестве – якобы он вымогал деньги у своего несостоявшегося клиента. Бутырский районный суд начал рассматривать дело Маркина еще в 2017 году, но в начале 2018 года вернул в прокуратуру. Маркин будет находиться под стражей до января 2019 года (см. «В Москве за вымогательство судят адвоката»).

Еще одного московского адвоката, председателя АК «Третьяков и партнеры» Игоря Третьякова обвиняют в мошенничестве путем получения 330 млн руб. гонорара по соглашению с доверителем – госкорпорацией «Роскосмос». В то же время прокурор заявил гражданский иск о признании соглашения об оказании юридической помощи ничтожной сделкой и применении последствий ее недействительности (см. «Прокуратура объяснила, почему требует с адвоката Третьякова 330 миллионов»). По решению Бабушкинского районного суда Третьяков находится под стражей (см. «Объявленного в розыск адвоката арестовали по делу о хищениях»).

ФПА давно работает над внесением поправок в УК о введении уголовной ответственности за воспрепятствование законной деятельности адвоката. «Вместе с тем очевидно, проблема не в нормах права, а в их применении. И УК, и УПК не такие плохие, как может показаться неофитам. Но проблема в том, что они очень творчески прочитываются и применяются правоохранительными органами. Гораздо больше будет пользы, если изменится государственная политика в отношении защитников и их подзащитных», – отметили в ФПА.

Еще по теме: