Переуступка прав и обязанностей по гк рф

Переуступка права аренды

Переуступка права аренды нежилой недвижимости представляет собой сделку, подобную договору купли-продажи. Предметом договора при заключении такого соглашения являются права на аренду. При смене пользователей жилое помещение повторно сдаётся в возмездное пользование.

В соответствии с ГК РФ при сдаче пользователем объекта в субаренду на него возлагается ответственность за нарушение условий договора, а при переуступке все права и обязанности от одного пользователя переходят другому. В таком случае обязательно получение письменного согласия у собственника.

Для переуступки другому пользователю жилого помещения в обязательном порядке должен заключаться возмездный договор. При передаче жилой недвижимости от одного пользователя другому по договору дарения сделка будет признана недействительной.

Переуступка права аренды осуществляется по соглашению, составленного по форме предыдущего договора. В случае регистрации предыдущего документа в Росреестре вновь заключённое соглашение тоже должно регистрироваться.

Правильно заключить соглашение на пользование жилым помещением помогут юристы, оказывающие услуги в онлайн-режиме и по телефону на портале Правовед.RU.

Консультации юристов по законодательству России

Передача прав и обязанностей по договору: что, кому и как?

Уступка требования или перевод долга — явление в современном гражданском обороте распространенное. А вот соглашения о передаче одновременно и прав, и обязанностей по уже заключенному договору встречаются реже. Однако эта невостребованность обусловлена скорее непониманием природы такого рода сделок, ведь передача прав и обязанностей представляет собой не поименованную в ГК РФ договорную конструкцию. О тонкостях оформления полноценной замены стороны в договоре, объеме переходящих прав и обязанностей, а также иных интересных моментах и пойдет речь в настоящей статье.

Российское гражданское законодательство предоставляет участникам делового оборота широкий спектр возможностей договорного оформления своих обязательственных отношений и их динамики. Стороны договора могут новировать свои обязательства или прекратить их отступным, уступить права требования из обязательств или перевести долги, возложить исполнение обязательства на третье лицо или установить обязательства в пользу третьего лица, а также многое другое. Судебная практика допускает даже прекращение отступным обязательств, возникших из недействительных сделок — реституционных обязательств (п. 6 информационного письма Президиума ВАС РФ от 21.12.2005 № 102 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 409 ГК РФ»).

Права и обязанности по договору могут переходить к третьим лицам на основании соглашения или судебного акта

Передача прав и обязанностей по договору (в отличие от цессии и перевода долга) влечет перемену лиц не в конкретном, отдельно взятом обязательстве, а сразу во всех обязательствах, возникающих из определенного договора. Передача всех прав и обязанностей по договору, как отмечается в судебной практике, означает полную замену стороны во всех договорных обязательствах, включая акцессорные обязательства (постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 13.12.2010 по делу № А70-3836/2010).

В арсенале существующих в настоящее время договорных конструкций, опосредующих обязательственные отношения участников делового оборота, стоит отметить соглашение о передаче всех прав и обязанностей по ранее заключенному договору. Такая договорная модель прямо предусмотрена в законе только для некоторых видов договоров (перенаем в договоре аренды, передача страхового портфеля и др.). В виде универсальной модели, при помощи которой можно было бы производить замену стороны в любом договоре, закон рассматриваемое соглашение не закрепляет. Оно не предусмотрено ГК РФ, но и не противоречит ему, а потому является допустимым в силу принципа свободы договора (ст. 421 ГК РФ).

Частный случай заключения соглашения о передаче прав и обязанностей по ранее заключенному договору можно встретить в сфере страхования. Так, п. 5 ст. 25 Закона РФ от 27.11.92 № 4015-1 «Об организации страхового дела в РФ» предусмотрено, что страховщик (за исключением общества взаимного страхования) может передать обязательства, принятые им по договорам страхования (страховой портфель), одному страховщику или нескольким страховщикам (замена страховщика), имеющим лицензии на осуществление тех видов страхования, по которым передается страховой портфель, и располагающим достаточными собственными средствами, то есть соответствующим требованиям платежеспособности с учетом вновь принятых обязательств. Передача страхового портфеля осуществляется в порядке, установленном законодательством РФ. Страховой портфель может быть передан от одного страховщика другому, если последний удовлетворяет обязательным требованиям, преду­смотренным п. 12 Порядка передачи страхового портфеля при применении мер по предупреждению банкротства страховой организации, а также в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве страховой организации (утвержденного приказом Минфина России от 13.01.2011 № 2н).

Кроме того, перевод прав и обязанностей по заключенному договору может быть осуществлен в судебном порядке. К примеру, когда нарушается преимущественное право участника делового оборота при продаже доли в праве общей долевой собственности на имущество, он вправе потребовать перевода в судебном порядке на себя прав и обязанностей по договору, заключенному с нарушением преимущественного права (п. 3 ст. 250 ГК РФ). Аналогичное право есть у участников и акционеров хозяйственных обществ в случае продажи другими участниками и акционерами принадлежащих им долей и акций в уставном капитале с нарушением преимущественного права покупки (п. 18 ст. 21 Федерального закона от 08.02.98 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», абз. 4 п. 3 ст. 7 Федерального закона от 26.12.95 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»). Кроме того, перевода прав на себя может потребовать арендатор при нарушении арендодателем его преимущественного права заключения договора аренды (абз. 3 п. 1 ст. 621 ГК РФ).

Перенаем — способ передачи прав и обязанностей арендатора

Для определения правовой природы соглашения о передаче прав и обязанностей по договору обратимся к конструкции договора перенайма, закрепленного в законодательстве, в отношении которого в настоящее время сложилась обширная правоприменительная практика.

Передача прав и обязанностей (перенаем) является одним из видов пользования арендованным имуществом наряду с его предоставлением в безвозмездное пользование, передачей арендных прав в залог, внесением их в качестве вклада в уставный капитал хозяйственных товариществ и обществ или паевого взноса в производственный кооператив (п. 2 ст. 615 ГК РФ).

Передача права аренды арендатором другому лицу допускается лишь способами, предусмотренными п. 2 ст. 615 ГК РФ, применение же иных способов, не предусмотренных законом, не допускается (постановление ФАС Центрального округа от 19.03.2007 по делу № А09-3274/06-19).

Применительно к аренде земельных участков передача прав и обязанностей по договору аренды регулируется специальной нормой — п. 5 ст. 22 Земельного кодекса РФ. Так, арендатор земельного участка (за исключением резидентов особых экономических зон — арендаторов земельных участков) вправе передать свои права и обязанности по договору аренды земельного участка третьему лицу, в том числе отдать арендные права на земельный участок в залог и внести их в качестве вклада в уставный капитал хозяйственного товарищества или общества, паевого взноса в производственный кооператив в пределах срока договора аренды земельного участка без согласия собственника земельного участка при условии его уведомления, если договором аренды земельного участка не предусмотрено иное. В перечисленных случаях ответственным по договору аренды земельного участка перед арендодателем становится новый арендатор земельного участка, за исключением передачи арендных прав в залог. При этом заключения нового договора аренды земельного участка не требуется.

Как видно из приведенных определений договора перенайма, его предметом является передача прав и обязанностей по заключенному договору. Поскольку специальных указаний в законе нет, существенным условием такого договора является условие о предмете в соответствии со ст. 432 ГК РФ. То есть в договоре обязательно следует отразить объем передаваемых прав и обязанностей, а также обозначение договора, из которого они возникли (номер, дата, стороны, его существенные условия, сведения о регистрации, если он был зарегистрирован). Если первоначальный договор аренды, права и обязанности по которому передаются, был зарегистрирован, то и соглашение о передаче прав и обязанностей по нему также подлежит государственной регистрации, поскольку является его неотъемлемой частью (п. 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 16.02.2001 № 59 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением Федерального закона „О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним“»).

Суд может признать перенаем как возмездной, так и безвозмездной сделкой

В практике встречаются разные подходы к решению вопроса о том, является ли соглашение о передаче прав и обязанностей по договору возмездным или безвозмездным. Если такое соглашение признать безвозмездным, то при его заключении должен соблюдаться запрет дарения между коммерческими юридическими лицами, установленный ст. 575 ГК РФ. Но преобладающим все-таки является подход, согласно которому перенаем не может быть квалифицирован в качестве дарения, поскольку при заключении такой сделки одновременно с правами передаются также обязанности, что можно рассматривать как встречное предоставление.

Мнение о возмездности сделки по передаче прав и обязанностей по заключенному договору высказано, например, ФАС Северо-Западного округа в постановлении от 22.06.2009 по делу № А44-3757/2008. Если одна сторона в обязательстве имеет и права, и обязанности по отношению к другой стороне, то есть является одновременно и кредитором, и должником, при замене стороны в обязательстве происходит одновременно уступка права и перевод долга. Передача прав и обязанностей по договору лизинга не противоречит ст. 382, 391 и 615 ГК РФ. Таким образом, по смыслу ст. 572 ГК РФ обязательным признаком договора дарения должно служить вытекающее из соглашения очевидное намерение передать право в качестве дара. Передача же права одновременно с обязанностями, по мнению суда, не свидетельствует о безвозмездности сделки. Аналогичные выводы есть в постановлениях ФАС Московского округа от 15.05.2007 и 22.05.2007 № КГ-А40/4059-07, Определении ВАС РФ от 15.10.2009 № ВАС-12735/09).

Судебные акты с подобным обоснованием далеко не единичны. Например, в споре, который так и не дошел до Президиума ВАС РФ, ответчик не только принял от истца право последующего выкупа предмета лизинга по выкупной цене, которую истец фактически не вносил, но и освободил последнего от дальнейшего исполнения обязательств по договору финансовой аренды. Суды не усмотрели безвозмездного характера соглашения, а ВАС РФ посчитал данный вывод обоснованным (Определение ВАС РФ от 21.01.2011 № ВАС-18578/10). Передачу прав и обязанностей арендатора суды также рассматривают как возмездную сделку (постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 15.07.2009 по делу № А32-6808/2008).

Правда, при рассмотрении одного из дел ФАС Северо-Западного округа признал ничтожным соглашение о передаче прав арендатора по мотиву его безвозмездности в отношениях между коммерческими организациями. Однако в этом деле передавались только права из договора аренды, и ничего не было сказано об одновременном переводе обязанностей (постановление ФАС Северо-Западного округа от 12.02.2009 по делу № А21-7804/2007).

Вместе с тем встречается и принципиально противоположная позиция, согласно которой соглашение о передаче прав и обязанностей относится к безвозмездным сделкам и квалифицируется как дарение. Так, ФАС Восточно-Сибирского округа удовлетворил иск организации о признании договора перенайма недействительным, указав, что сделка являлась безвозмездной и была совершена между коммерческими организациями, что нарушает требования ст. 575 ГК РФ, на основании которой дарение между коммерческими организациями не допускается (постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 29.10.2007 № А19-4490/07-58-Ф02-8055/07).

При рассмотрении другого дела ФАС Московского округа отказал организации в удовлетворении требований о признании недействительным соглашения о передаче прав и обязанностей по охранно-арендному договору и о применении последствий недействительности сделки. При этом суд указал, что эта сделка в нарушение требований закона является безвозмездной и в силу ст. 575 ГК РФ запрещающей дарение имущества в отношениях между коммерческими организациями, признал ее ничтожной (постановление ФАС Московского округа от 03.05.2007 № КГ-А40/1903-07).

Однако правильной представляется все же первая позиция, в силу которой рассматриваемое соглашение дарением не признается. Ведь наряду с правами передаются также и обязанности, что следует рассматривать в качестве встречного предоставления в соответствии со ст. 423 ГК РФ. Чтобы сделку можно было квалифицировать в качестве дарения, из нее не только должно следовать явное намерение стороны одарить другую сторону, но и соблюдаться квалифицирующие признаки дарения, предусмотренные ст. 572 ГК РФ. К таким признакам относятся передача бесплатно вещи в собственность, имущественного права к себе или третьему лицу или освобождение от имущественной обязанности. В рассматриваемом же случае передается не только право, но и обязанности.

Иным образом дело будет обстоять, если по договору перенайма будет передаваться право аренды, а арендные платежи уже были внесены авансом за несколько периодов аренды вперед, в связи с чем новый арендатор будет освобожден от их внесения на значительный срок. В такой ситуации принятые новым арендатором на себя наряду с правами обязанности по внесению арендных платежей возникнут по истечении срока, за который арендная плата внесена. Логично предположить, что при указанных обстоятельствах сделка перенайма может быть квалифицирована как дарение. Ведь новый арендатор получит имущественное право с одновременным освобождением его от обязанности по внесению арендных платежей.

Новый арендатор отвечает за старые долги, если сам согласился на это

Еще один проблемный вопрос, возникающий при заключении соглашения о перенайме: к кому арендодатель вправе предъявлять требование о погашении задолженности по арендной плате, образовавшейся в период пользования арендованным имуществом прежним арендатором, — к прежнему арендатору или новому?

В соответствии с п. 2 ст. 615 ГК РФ и п. 5 ст. 22 ЗК РФ прежний арендатор вправе передать свои права и обязанности новому арендатору, при этом обязанным по договору аренды становится новый арендатор. Буквальный смысл данных законоположений означает, что новый арендатор становится обязанным по договору аренды с момента передачи ему прав и обязанностей, то есть с момента заключения соглашения об этом. Подтверждение данного вывода можно найти в судебной практике.

В соответствии с соглашением о перенайме новый арендатор становится ответственным перед арендодателем после передачи ему прав и обязанностей по договору аренды (перенайма) (постановление ФАС Центрального округа от 29.03.2005 по делу № А54-3625/04-С7). Обязанность по внесению арендной платы по соглашению о передаче прав и обязанностей возникает с момента заключения такого соглашения (постановления ФАС Северо-Западного округа от 28.06.2007 по делу № А56-45848/2005 и от 21.12.2009 по делу № А13-5348/2009).

Следовательно, к новому арендатору автоматически не переходят долги прежнего арендатора, образовавшиеся в период, когда имуществом пользовался прежний арендатор. Исходя из буквального смысла п. 1 ст. 614 ГК РФ действующее законодательство связывает возникновение обязательства по уплате арендных платежей с фактическим пользованием арендатором имуществом, переданным в соответствии с договором (постановление ФАС Московского округа от 11.03.2011 № КГ-А40/1305-11 по делу № А40-55809/10-60-334). Отсюда следует, что новый арендатор не несет обязанности по внесению арендных платежей, поскольку в тот момент, когда обязанность по их внесению появилась, он ими не пользовался. Иное приведет к неосновательному обогащению прежнего арендатора.

Новый арендатор становится обязанным по обязательствам прежнего, связанным с внесением арендной платы, если только прямо выразил на это свою волю (постановления ФАС Волго-Вятского округа от 28.01.2011 по делу № А38-1355/2010 и Московского округа от 12.05.2011 № КГ-А41/4172-11).

Передача прав и обязанностей представляет собой смешанный договор

Перенаем должен осуществляться с соблюдением правил о цессии и переводе долга. Это отмечают многие суды (см., к примеру, постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 07.11.2006 по делу № А58-7555/05-Ф02-2179/06-С2).

Вместе с тем следует иметь в виду, что понятия «долг» и обязанность» не являются равнозначными. Долг представляет собой образовавшуюся задолженность по оплате товаров, работ или услуг. Обязанность такой задолженностью не является, а представляет собой установленную законом или договором необходимость для субъекта выполнять определенные действия или воздерживаться от них. Таким образом, при наличии заключенного договора обязанность может существовать, в то время как долга может и не быть. Практическим последствием данного вывода является то, что правила о переводе долга к соглашению о передаче прав и обязанностей по ранее заключенному договору могут применяться в том лишь только случае, если из договора, права и обязанности по которому передаются, действительно образовалась задолженность.

С учетом изложенного соглашение о передаче прав и обязанностей в настоящее время следует квалифицировать как гражданско-правовой договор, предметом которого выступает передача прав и обязанностей по ранее заключенному договору. Такой договор может быть поименованным (договор перенайма, передача страхового портфеля) или непоименованным (замена стороны по договору поставки, возмездного оказания услуг и др.). Данный договор является возмездным, поскольку наряду с правами по нему передаются также и обязанности. Однако если обязанности по внесению платежей за полученные права возникнут не сразу (когда они были внесены авансом предыдущей стороной), он является безвозмездным.

Поскольку в законе не содержится ограничений, предметом рассматриваемого соглашения могут быть не только права и обязанности, которые имеются на момент его заключения, но и те, что возникнут после его заключения.

Соглашение о передаче прав и обязанностей по ранее заключенному договору заключается в той форме, в которой был заключен основной договор, права и обязанности по которому передаются (п. 1 ст. 452 ГК РФ). Если такой договор подлежал государственной регистрации, то регистрации подлежит и само соглашение о передаче прав и обязанностей по нему.

По своей правовой природе данное соглашение представляет собой смешанный договор, поскольку включает в себя элементы различных договорных конструкций (п. 3 ст. 421 ГК РФ).

В судебной практике встречается мнение, что соглашение о передаче прав и обязанностей не может рассматриваться как крупная сделка и при отсутствии ее одобрения со стороны высшего органа управления компании признаваться недействительным. Так, ФАС Московского округа указал следующее. Поскольку таким соглашением передаются не только права, но и обязанности арендатора, в том числе обязанность по внесению арендных платежей, такая сделка не может рассматриваться в качестве сделки, направленной на отчуждение имущества, в связи с чем правила корпоративного законодательства РФ на нее не распространяются (постановления от 24.07.2006 по делу № КГ-А40/5576-06-1,2, от 22.02.2005 по делу № КГ-А40/481-05).

Переуступка прав и обязанностей по гк рф

1. Отсутствие в договоре об уступке права (требования) условий, позволяющих его индивидуализировать, свидетельствует о несогласованности предмета договора, и, как следствие, о том, что договор не заключён.

Истец обратился в арбитражный суд с иском к ответчику о взыскании задолженности и процентов за пользование чужими денежными средствами на основании договора уступки права требования.

Решением суда первой инстанции иск удовлетворен частично.

Суд кассационной инстанции, решение суда первой инстанции отменил, в иске отказал, указав следующее.

В силу пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, в частности о предмете договора.

Согласно статье 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

В соответствии с пунктом 1 Договора цессии объем уступаемых прав включает в себя сумму основного требования к должнику по договору и штрафные санкции, возникшие у должника к моменту уступки прав.

Сумма основного требования к должнику и штрафных санкций на момент заключения договора цессии в пункте 1 сторонами не определена.

Суд первой инстанции правильно указал, что объем передаваемых прав сторонами не определен. Акт сверки расчетов, составленный ответчиком и истцом, правомерно не признан судом в качестве надлежащего доказательства объема прав цедента, поскольку он содержит сведения о наличии задолженности между оформившими его лицами, составлен за два года до заключения договора цессии и не имеет ссылки на него. При таких обстоятельствах суд обоснованно посчитал, что истец не представил бесспорных доказательств передачи цессионарию уступаемых цедентом прав в заявленном объеме.

Таким образом, в материалах дела отсутствуют доказательства, оценив которые можно было бы сделать вывод о том, что, несмотря на отсутствие соответствующих условий в тексте договора, предмет последнего является согласованным и между цедентом и цессионарием нет неопределенности в идентификации уступленного права (требования).

Отсутствие в договоре об уступке права (требования) условий, позволяющих его индивидуализировать, свидетельствует о несогласованности предмета договора.

Поскольку в данном случае предмет договора цессии сторонами не согласован, его следует признать незаключенным.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции подлежит отмене, а требования Общества — оставлению без удовлетворения в полном объеме.

(Постановление ФАС С-З по делу № А56-578/2008)

2. В случае приобретения права требования на торгах, проведенных в рамках исполнительного производства, оно ограничено суммой, определенной судебным решением и исполнительным листом, в связи с чем у цессионария не возникает право требования процентов за пользование чужими денежными средствами за последующий период.

Общество (цессионарий) обратилось в арбитражный суд с иском к учреждению (должнику) о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в период с 26.04.2006 (день, следующий за датой вынесения решения) по 30.03.2007.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, в иске отказано.

В обоснование отказа суды указали, что объем прав Общества, приобретенных на торгах, ограничен правом требования суммы, указанной в исполнительном листе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 ГК РФ за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств.

В силу статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Согласно пункту 15 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», если иное не предусмотрено законом или договором, при уступке части права (требования) к новому кредитору переходят в соответствующей части также и права, связанные с уступаемым правом (требованием).

Судами установлено и материалами дела подтверждается, что требования Общества основаны на договоре цессии, в котором отсутствуют положения о включении в состав задолженности процентов за пользование чужими денежными средствами.

Однако в силу статьи 384 ГК РФ право первоначального кредитора переходит к новому кредитору, если иное не предусмотрено не только договором, но и законом.

Так как торги проводились в рамках исполнительного производства, подлежит применению соответствующее законодательство, действовавшее в период проведения торгов.

В силу пункта 6 статьи 46 Федерального закона от 21.07.1997 № 119-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее — Закон № 119-ФЗ) взыскание на имущество должника, в том числе на денежные средства и иные ценности, находящиеся в наличности либо на счетах и во вкладах или на хранении в банках и иных кредитных организациях, обращается в том размере и объеме, которые необходимы для исполнения исполнительного документа с учетом взыскания исполнительского сбора и расходов по совершению исполнительных действий.

Порядок обращения взыскания на дебиторскую задолженность до 01.02.2008 определялся в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 27.05.1998 № 516 «О дополнительных мерах по совершенствованию процедур обращения взыскания на имущество организаций», принятым в целях реализации Закона № 119-ФЗ. В частности, пунктом 3 названного постановления Правительства Российской Федерации установлено, что права требования, реализованные в процессе обращения взыскания на имущество организации-должника, могут быть предъявлены дебитору должника в том объеме, в котором они были приобретены. При отражении результатов реализации прав требования в бухгалтерской отчетности организации — должника дебиторская задолженность учитывается в соответствии с той стоимостью, по которой она была реализована.

С учетом изложенного, Общество приобрело только право требования суммы, определенной судебным решением и исполнительным листом.

Право требования процентов за пользование чужими денежными средствами за спорный период истцом не приобретено, в связи с чем в иске отказано правомерно.

(Постановление ФАС С-З по делу № А42-6892/2008, Определением ВАС РФ от 03.12.2009 № ВАС-15522/09 отказано в передаче дела для пересмотра в порядке надзора).

3. Неисполнение цедентом обязательств по передаче документов, удостоверяющих право требования, не является основанием для освобождения цессионария от встречного обязательства по исполнению договора об уступке права требования.

Истец (цедент) обратился в арбитражный суд с иском к ответчику (цессионарию) о взыскании задолженности по договору уступки права требования.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, иск удовлетворен в полном объеме.

В кассационной жалобе ответчик просил отменить обжалуемые судебные акты, ссылаясь на то, что суд первой инстанции необоснованно признал уступку права требования совершенной, так как в нарушение договора и пункта 2 статьи 385, пункта 3 статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации цедент не исполнил свои обязательства по передаче ответчику как цессионарию документов, удостоверяющих право требования по договору, в связи с чем ответчик освобождается от обязательств по ее оплате.

Как следует из материалов дела, цедент и цессионарий заключили договор уступки права требования, по условиям которого цедент передал, а цессионарий — принял право требования долга к должнику. Договором предусмотрена передача цедентом цессионарию договора, надлежаще оформленных документов, удостоверяющих право требования, и сообщение сведений, имеющих значение для осуществления требования в течение двух дней с момента заключения договора.

Цессионарий исполнил свои обязательства по договору частично, перечислив цеденту часть денежных средств. Актом сверки расчетов определена задолженность цессионария перед цедентом по спорному договору.

Принимая решение об удовлетворении иска, суды исходили из того, что представленные в материалы дела документы подтверждают наличие у ответчика задолженности по договору уступки права требования.

Поскольку в договоре отсутствует условие о встречных обязательствах цедента, неисполнение которых предполагает отказ от оплаты полученного права требования, а также ответчиком не представлены доказательства обращения к цеденту с просьбой передать документы, подтверждающие право требования, в частности договора, цессионарий в силу статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации не вправе был отказываться от исполнения обязательств по оплате переданного права требования.

В данном случае ответчик факт передачи ему права требования связывает с передачей цедентом документов, подтверждающих право требования. Однако данные документы сами по себе не могут свидетельствовать о передаче права требования. Таким доказательством является сам договор уступки права, по условиям которого цедент передает, а цессионарий принимает право требования. В соответствии с договором он вступает в силу со дня подписания его сторонами.

При таких обстоятельствах уклонение цедента от передачи цессионарию документов, удостоверяющих переданное последнему право (требование), не освобождает от исполнения цессионарием своих обязательств по договору уступки права требования в силу того, что данное право (требование) не зависит от возможности его реализации исполнением цедентом своих обязательств.

В соответствии с пунктом 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» уклонение цедента от передачи цессионарию документов, удостоверяющих переданное последнему право (требование), само по себе не свидетельствует о том, что данное право (требование) не перешло к цессионарию.

Следовательно, довод ответчика о том, что он освобождается от встречного обязательства по исполнению договора об уступке права требования при неисполнении цедентом обязательств по передаче документов, удостоверяющих право требования, не может быть признан состоятельным, поэтому иск удовлетворён правомерно.

(Постановление ФАС С-З от 12.08.2009 г. по делу № А21-9693/2008, дело № А05-1669/2009 оставлено в силе постановлением кассационной инстанции).

4. Полномочие собственника унитарного предприятия принимать решение о заключении крупной сделки в соответствии с учредительными документами не означает, что такие сделки должны согласовываться с собственником, поскольку конкурсный управляющий осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, а также собственника имущества должника — унитарного предприятия в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены законом.

Муниципальное унитарное предприятие (далее — Предприятие) обратилось в арбитражный суд с иском к муниципальному учреждению городского хозяйства (далее – Учреждение) о взыскании задолженности по договору-заказу на содержание и эксплуатацию объектов коммунального хозяйства, муниципального жилого фонда.

Решением суда первой инстанции исковые требования удовлетворены. На основании решения выдан исполнительный лист.

Определением, оставленным апелляционной инстанцией без изменения, суд первой инстанции заменил взыскателя по исполнительному листу на физическое лицо.

В кассационной жалобе Учреждение просило отменить определение и постановление и отказать в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве. Податель жалобы посчитал, что основания для процессуального правопреемства отсутствуют, так как физическое лицо приобрело задолженность Учреждения по недействительной сделке, противоречащей пункту 2 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве).

Как следует из материалов дела, задолженность по договору-заказу продана на открытых торгах. Согласно протоколу торгов победителем признано физическое лицо.

Предприятие (цедент) и физическое лицо (цессионарий) заключили договор уступки прав требования, в соответствии с которым цедент уступил цессионарию права требования исполнения Учреждением денежного обязательства, возникшего на основании договора-заказа и подтвержденного решением суда и исполнительным листом. Уведомление об уступке направлено должнику и получено им.

Решением Арбитражный суд Архангельской области признал Предприятие банкротом, ввел в отношении него конкурсное производство.

Кассационная инстанция, проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, не нашла оснований для удовлетворения жалобы.

В соответствии с частью 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте.

Согласно пункту 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Пунктом 2 статьи 127 Закона о банкротстве установлено, что с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника — унитарного предприятия, за исключением полномочий органов управления должника, уполномоченных в соответствии с учредительными документами принимать решения о заключении крупных сделок.

Суд кассационной инстанции пришёл к выводу о том, что, заключая договор, Предприятие не нарушило Закон о банкротстве. Полномочие собственника унитарного предприятия принимать решение о заключении крупной сделки в соответствии с учредительными документами не означает, что такие сделки должны согласовываться с собственником, как это установлено подпунктом 15 пункта 1 статьи 20 и пунктом 3 статьи 23 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях».

Согласно пункту 1 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, а также собственника имущества должника — унитарного предприятия в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены указанным Законом.

Пунктом 2 той же статьи установлено, что конкурсный управляющий вправе распоряжаться имуществом должника в порядке и на условиях, которые установлены Законом.

Таким образом, ввиду правопреемства в спорном материальном правоотношении суды сделали правильный вывод о наличии оснований для процессуального правопреемства.

(Постановление ФАС С-ЗО от 30.12.2009 по делу № А05-367/05-27, дело № А05-2254/05-27)

5. В случае уступки требования должник согласно ст. 412 ГК РФ вправе зачесть против требования нового кредитора свое встречное требование к первоначальному кредитору.

Истец (цессионарий), ссылаясь на полученное от первоначального кредитора (цессионарий) по договору уступки права требования (цессии) право требования, обратился в арбитражный суд с иском о взыскании с ответчика (должника) стоимости поставленной по договору продукции и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Ответчик предъявил встречный иск о взыскании с истца на основании статьи 412 Гражданского кодекса Российской Федерации задолженности первоначального кредитора перед ответчиком.

Решением суда первой инстанции первоначальный и встречный иск удовлетворены в полном объёме, в связи с чем произведен зачет.

Кассационной инстанцией решение оставлено без изменения в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу решением суда с ответчика в пользу первоначального кредитора взыскана задолженность за поставленный товар. Эта задолженность была передана первоначальным кредитором истцу по договору уступки права (цессии). В связи с тем, что должник задолженность не оплатил, истец обратился в суд с иском о ее взыскании.

Встречный иск ответчика основан на том, что у первоначального кредитора имелась перед ответчиком задолженность, взысканная в его пользу вступившим в законную силу решением суда.

В соответствии со статьей 386 Гражданского кодекса Российской Федерации должник вправе выдвигать против требования нового кредитора возражения, которые он имел против первоначального кредитора к моменту получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору. В случае уступки требования должник согласно статье 412 Гражданского кодекса Российской Федерации вправе зачесть против требования нового кредитора свое встречное требование к первоначальному кредитору. Зачет производится, если требование возникло по основанию, существовавшему к моменту получения должником уведомления об уступке требования, и срок требования наступил до его получения либо этот срок не указан или определен моментом востребования.

Таким образом, может быть зачтено любое денежное требование к первоначальному кредитору, а не только возникшее из одного обязательства. Ограничительное толкование названной статьи Кодекса, согласно которому правомерен зачет лишь требований, возникших из договора, по которому произошла уступка права требования, не основано на законе.

Судами установлено, что требование ответчика возникло до момента получения им уведомления об уступке принадлежавшего первоначальному кредитору требования, а правомерность принадлежащего ответчику требования подтверждена вступившим в законную силу решением арбитражного суда.

Наличие решения арбитражного суда о взыскании задолженности с первоначального кредитора, не препятствует предъявлению встречного иска в рамках предъявленного к нему иска со стороны нового кредитора, поскольку иски – ответчика к первоначальному кредитору и ответчика к истцу – не тождественны.

Защищать свои права иным способом, например, путем заявления о зачете (статья 410 Гражданского кодекса Российской Федерации) ответчик не мог, поскольку по смыслу пункта 1 части 3 статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации после предъявления к должнику иска не допускается прекращение обязательства зачетом встречного однородного требования в соответствии с нормами статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поэтому в данном случае отсутствует повторное взыскание одной и той же суммы, а требование ответчика о взыскании задолженности с истца правомерно принято арбитражным судом для совместного рассмотрения с иском последнего о взыскании денежной суммы с ответчика.

(Дело № А05-9381/2005-3, Определение ВАС РФ от 20.08.2007 № 9972/07).

6. Подсудность рассмотрения спора о взыскании задолженности, переданной истцу на основании договора цессии, определяется с учётом условий договора, на основании которого возникло уступленное требование.

Истец (цессионарий) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к должнику о взыскании задолженности по договору поставки и пеней, право требования которых передано ему на основании договора цессии.

Определением суда первой инстанции исковое заявление возвращено заявителю в связи с неподсудностью спора Арбитражному суду города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Апелляционная инстанция отменила определение суда первой инстанции в связи со следующим.

Между ответчиком (поставщик) и первоначальным кредитором (покупатель) заключен договор поставки алкогольной продукции. В соответствии с условиями договора поставщик поставил покупателю продукцию, однако обязательство по оплате продукции после ее получения покупатель не исполнил.

На основании договора цессии первоначальный кредитор (цедент) передал, а истец (цессионарий) принял права требования от ответчика (должника) задолженности и пени, вытекающих из договора поставки алкогольной продукции.

Таким образом, первоначальный кредитор (поставщик) выбыл из обязательства, а на его место встал Новый кредитор.

Согласно статье 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода прав.

Поскольку по договору цессии истцу уступлены права, вытекающие из договора поставки, в силу статьи 384 ГК РФ, реализацию этих прав истец вправе осуществлять в том же объеме и на тех же условиях, что и первоначальный кредитор.

Договором поставки предусмотрено, что в случае невозможности разрешения разногласий в процессе переговоров, все споры подлежат рассмотрению в Арбитражном суде Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Условий, ограничивающих или изменяющих установленную в договоре подсудность, ни законом, ни договором не предусмотрено. Следовательно, перемена лица в уже существующем обязательстве не изменяет право кредитора на рассмотрение спора в соответствии с условиями данного обязательства.

(Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.10.2009 по делу № А56-62364/2009, Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.05.2005 по делу № А56-12771/2005, Постановление ФАС Московского округа от 06.07.2009 по делу КГ-А40/5717-09, Постановление ФАС Уральского округа от 08.02.2000 по делу № Ф09-63/00-ГК, аналогичная по смыслу позиция высказана в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 11.08.1998 № 2883/98).

«В целом ряде случаев кассационные инстанции признавали, что условие об избрании определенного суда по правилам ст. 30 АПК РФ 1995 года распространяется и на нового кредитора, приобретшего права в порядке цессии . Однако имеются и иные решения: суды поддерживают позицию, согласно которой соглашение о договорной подсудности не является объектом прав кредитора, переходящих к другому лицу в силу ст. 384 ГК РФ .

См., напр.: Постановление ФАС Уральского округа от 08.02.2000 N Ф09/00-ГК.

См.: Постановление ФАС Московского округа от 12.10.1998 N КГ-А40/2583.

Подсудность, как отмечалось в литературе, — «это круг материально-правовых вопросов индивидуального значения, отнесенных к ведению определенного судебного органа. В отличие от подведомственности, назначение которой состоит в том, чтобы способствовать разграничению компетенции различных органов государства, общественности и др. в области применения норм материального права, подсудность предназначена разграничивать компетенцию в той же области, но между различным судами. Различие между подсудностью и подведомственностью имеет скорее количественный, нежели качественный характер». С учетом этого нет оснований для иного решения относительно судьбы оговорки о подсудности при уступке требования. Новый кредитор по общему правилу должен подчиняться действию этой оговорки.»

Новоселова Л. А. Сделки уступки права (требования) в коммерческой практике. Факторинг. М.: Статут, 2003. 494 с.

7. Если в договоре цессии не предусмотрено иное, право (требование) на уплату суммы неуплаченных на момент совершения сделки уступки права (требования) процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации переходит к цессионарию вместе с уступленным правом (требованием) в порядке статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истец (цессионарий) ссылаясь на полученное право требования от первоначального кредитора по договору уступки права требования (цессии), обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании с должника стоимости поставленной по договору продукции и процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 15.01.2003 по 08.02.2006.

Решением суда первой инстанции с ответчика в пользу истца взыскана задолженность в полном объеме, а также проценты за период с 30.05.2005 по 08.02.2006.

Во взыскании процентов за предыдущий период отказано.

Отказ во взыскании процентов за пользование денежными средствами мотивирован отсутствием у истца права требования уплаты процентов за период, предшествующий заключению договора цессии.

Отменяя решение суда первой инстанции, суд кассационной инстанции указал следующее.

Согласно статье 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, в частности, к новому кредитору переходят связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Из положения данной статьи не следует, что при определении объема перешедшего права (требования) на уплату суммы процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации следует исходить из проведенного судом их разделения на проценты, начисленные, но не уплаченные до момента уступки, и проценты, подлежащие начислению после совершенной уступки.

По смыслу указанной нормы уступка права (требования) задолженности означает, что если иное не определено цедентом и цессионарием, новому кредитору от первоначального кредитора переходит право (требование) на уплату суммы неуплаченных процентов без дополнительного оформления уступки последних. Поэтому если цедентом и цессионарием не предусмотрено иное, право (требование) на уплату суммы неуплаченных на момент совершения сделки уступки права (требования) процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации переходит вместе с уступленным правом (требованием) в порядке статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В данном случае иное не только не предусмотрено, но договор прямо устанавливает, что цессионарию передается право требования процентов за несвоевременную уплату задолженности по поставке. Данных о том, что цедент оставляет себе право требования процентов за период до даты заключения договора, в договоре не имеется.

При таком положении у суда не имелось оснований для отказа во взыскании процентов за период до 29.05.2005.

(Постановление ФАС СЗО от 20.06.2006 по делу № А05-9381/2005-3).

8. Перевод долга предполагает переход обязанностей от должника к другому лицу с согласия кредитора, в результате которого происходит перемена лиц в обязательстве при сохранении содержания самого обязательства. При этом новый должник принимает на себя долг первоначального должника в том объеме, в котором этот долг лежал на первоначальном должнике, включая уплату процентов, неустойки и другие санкции.

На основании договора купли-продажи истец (поставщик) передал покупателю товар. В связи с тем, что покупатель полученный товар не оплатил, поставщик обратился в суд с иском о взыскании задолженности и штрафа, предусмотренного договором.

Установив, что в соответствии с договором о переводе долга обязательства покупателя полностью, включая основную сумму долга, принял на себя новый должник (ответчик), однако данные обязательства не исполнил, суд первой инстанции, на основании ст. 309, 330, 391, 486 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворил заявленные требования и взыскал с нового должника основной долг и штраф, начисленный за просрочку исполнения покупателем обязательства по договору купли-продажи.

Новый должник оспорил решение в кассационную инстанцию, сославшись на то, что взыскание суммы штрафа с нового должника в силу ст. 391, 401 Гражданского кодекса Российской Федерации является неправомерным, основан на неправильном толковании норм гражданского законодательства о переводе долга.

Суд кассационной инстанции, оставляя решение суда без изменения, указал следующее.

Из смысла ст. 391, 392 Гражданского кодекса Российской Федерации видно, что перевод долга предполагает переход обязанностей от должника к другому лицу с согласия кредитора, в результате которого происходит перемена лиц в обязательстве при сохранении содержания самого обязательства. При этом новый должник принимает на себя долг первоначального должника в том объеме, в котором этот долг лежал на первоначальном должнике, включая уплату процентов, неустойки и другие санкции.

(Постановление ФАС Уральского округа от 31.08.2006 по делу № Ф09-7566/06-СЗ. Та же позиция содержится в Постановлении ФАС Волго-Вятского округа от 08.12.2008 по делу № 28-7092/2007-196/25).

Необходимо отметить, что в судебной практике встречается противоположная позиция, когда суды отказывают во взыскании процентов и неустойки, ссылаясь на то, что данное обязательство не принято новым должником согласно договору.

Однако представляется, что изложенная выше позиция более соответствует смыслу ст. 24 Гражданского кодекса Российской Федерации. Из смысла договора перевода долга следует, что его предметом является конкретная юридическая обязанность, которая входит в содержание обязательственных правоотношений. По своему правовому содержанию перевод долга означает перемену лиц в обязательстве.

В Постановлении Президиума ВАС РФ от 2 декабря 1997 г. № 3798/97 также указано, что, исходя из смысла ст. 391 Гражданского кодекса Российской Федерации, долг переходит к новому должнику в полном объеме, включая обеспечивающую его исполнение неустойку, а также неуплаченные проценты.

Еще по теме:

  • Суд мед экспертиза уфа Судебно-медицинская экспертиза Военно-врачебная коллегия Уфа, 450000, Российская Военно-врачебная коллегия Уфа, 450000, Российская, 98/2, ост. Горсовет, 2 этаж Адвокатское партнерство Уфа, […]
  • Исковое заявление на бездействие судебного пристава исполнителя образец Исковое заявление на бездействие судебного пристава исполнителя образец Автострахование Жилищные споры Земельные споры Административное право Участие в долевом […]
  • Калькулятор каско на машину Калькулятор каско ВНИМАНИЕ!Результаты расчета являются предварительными и не могут считаться официальным предложением РЕСО-Гарантия. Вы можете узнать точную стоимость полиса у Вашего […]
  • Открытие ип в 2018 году заявление Заявление на регистрацию ИП в 2018 году Заявление подается в 1 экземпляре. Сшивать и скреплять листы не требуется. При подаче заявления в ФНС необходимо приложить оригинал квитанции об […]
  • Тарифы на коммунальные услуги во владивостоке Жители Владивостока узнали, сколько придётся платить за коммунальные услуги с 1 июля Подорожала большая часть услуг. Информация о нормативах и тарифах на коммунальные услуги, размерах […]
  • Форма 61 при увольнении Унифицированная форма № Т-61 - бланк и образец Унифицированная форма Т-61 используется только в одном случае — при увольнении работника. В статье мы расскажем, для чего нужна эта форма, […]