Отграничение ст 105 от ст 109 ук рф

Разграничение убийства и умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего

Калинин Михаил Васильевич,Магистрант, Мурманский государственный технический университет, г.Мурманск[email protected]

Разграничение убийства и умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего

Аннотация.Проблема разграничения насильственных преступлений составляет важную и актуальную задачу уголовноправовой науки. Настоящая статья посвящена анализу отграничения простого убийства (ч.1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации) и умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшему по неосторожности смерть потерпевшего (ч. 4 ст. 111 УК РФ).Ключевые слова:простое убийство, тяжкий вред здоровью, квалификация убийства, квалификация тяжкого вреда здоровью, неосторожность.

Нередки случаи,когда следственная и судебная практика демонстрирует наличие распространенной ошибки в квалификации насильственных преступлений, при которой лицо, причинившее тяжкий вред здоровью потерпевшему, повлекший по неосторожности смерть последнего

(ч. 4 ст. 111 Уголовного КодексаРоссийской Федерации –далее УК РФ), обвиняется в совершении простого убийства(ч. 1 ст. 105 УК РФ).Необходимо отметить, что по ч. 1 ст. 105 УК РФ, квалифицируется убийство, совершенное без квалифицирующих признаков, указанных в ч. 2 ст. 105 УК РФ, и без смягчающих обстоятельств, предусмотренных в ст. 106, 107, и 108 УК РФ [1].В ч. 1 ст. 105 УК РФ убийство определено как умышленное причинение смерти другому человеку. Обязательными признаками объективной стороны данного преступления являются следующие признаки:1)общественно опасное деяние (действие или бездействие), непосредственно направленное на причинение смерти;2)общественно опасные последствия в виде смерти человека;3)причинная связь между деянием и последствием.Общественно опасное деяние при убийстве, как правило, выражается в совершении действий, направленных на нарушение анатомической целостности органов и тканей человека, либо их функций. Возможно совершение убийства и путем психического воздействия на потерпевшего. Например, умышленный сильный испуг лица, заведомо для виновного страдающего сердечным заболеванием с причинением ему смерти.Необходимо устанавливать, что последствия в виде смерти человека находятся в причинной связи с деянием виновного лица, то есть деяние предшествовало во времени последствиям и самостоятельно, с внутренней необходимостью вызывало наступление смерти.Убийство, как было сказано выше, это умышленное преступление,законодатель отказался от формулировки «неосторожное убийство», которая была в ст. 106 Уголовного кодекса РСФСР 1960 г. Всовременной редакции Уголовного кодекса законодатель использует формулировку «Причинение смерти по неосторожности» (ст. 109 УК РФ). Умысел может быть как прямым, так и косвенным.

Если убийство может быть совершено какс прямым, так и с косвенным умыслом, то покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом.Иными словами, когда содеянное свидетельствовало о том, что лицо, совершившее преступное деяние, осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления смерти другого лицу. Более того, виновный ожидал наступления этих последствий, но смертельный исход не наступил по не зависящим от него обстоятельствам (ввиду активного сопротивления жертвы, вмешательства третьих лиц, своевременному оказания медицинской помощи и прочее) (п. 2 Пленума Верховного суда РФ от 27 января 1999 г. №1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)») [2].Наличие двух последствий разного рода (умышленного причинения тяжкого вреда здоровьюи неосторожного причинения смерти) характеризует данное преступление как двуобъектное. В таком случае объектамипреступленияявляются здоровье и жизньчеловека. Очевидно, из всех деяний, предусмотренных ст. 111 УК РФ, непосредственно посягает сразу и на здоровье, и на жизньчеловека только умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизничеловека, которое по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни, а также вред здоровью, вызвавший развитие угрожающего жизни состояния. При конкретизированном умыслена причинение таких последствий лицо осознает, предвидит и при прямом умысле желает наступления угрозы для жизни человека и приведения в действие сил, причиняющих опасный для жизни тяжкий вред здоровью и смерть человека, а при косвенном умысле не желает, но сознательно

это допускает или относится к этому безразлично. Согласно общепринятой точке зрения «сознание опасности для жизни» и «предвидение возможности смерти» —разные словесные выражения одного и того же психического отношения виновного к своему деянию,то естьвиновный предвидит возможность смертельного исхода. И даже если не установлено, что он желал смерти жертве, не следует забывать о том, что при сознательном допущении смертельного результата содеянное представляет собой убийство с косвенным умыслом, а не преступление, предусмотренное ч. 4 комментируемой статьи.Следовательно, при конкретизированном умысле(прямом или косвенном) на причинение именно тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни, повлекшее за собой наступление смерти человека, вина субъекта в отношениинаступлениясмерти–умышленная. Исключаются

инебрежность–ввидуосознаниявиновнымопасностидляжизнипотерпевшего, илегкомыслие(самонадеянность):субъектнеможетреальнорассчитыватьнаненаступлениесмерти, умышленнопричиняяопасный

лиц, природы, организмачеловекаидр.). Именнонаэтоуказываети

С.К. Балашов[3]:«Присовершенииубийстваскосвеннымумысломвиновныйпредвидитнетольковозможность, ноивероятностьнаступлениясмертипотерпевшегоименновданномслучае.Отношениексмертипотерпевшего

присамонадеянностисостоитвтом, чтолицорассчитываетнаопределенныеконкретныеобстоятельства, которыепредотвратятее, норасчетоказываетсялегкомысленным. Есливиновный, предвидянаступлениесмертипотерпевшего, рассчитываетнасчастливыйслучай, или, какговорят, «наавось», илинакакието

сост. 105УКРФ. Крометого, лишенокакихбытонибылооснованийбытующеемнение, чтоналичиезначительногоразрывавовременимеждупричинениемтравмыинаступлениемсмертитребуетквалификациипоч. 4комментируемойстатьииисключаетквалификациюсодеянногокакубийства.Какиелибо мотивы и цели преступления в ч. 1 ст. 105 УК РФ не указаны, соответственно, они могут быть разными (так называемые «бытовые» преступления –в ссоре или драке при отсутствии хулиганских побуждений, из ревности, по мотивам мести, ненависти, зависти, неприязни, возникшим на почве личных отношений), кроме тех, что предусмотрены иными нормами Особенной части УК в качестве обязательных признаков составов преступлений. В последних случаях содеянное квалифицируется по этим нормам, а не по ч. 1 ст. 105 УК РФ. Например, убийство по мотиву мести, но возникшей не на почве личных отношений, а в связи со служебной деятельностью потерпевшего, квалифицируется по п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ.Судебнаяпрактикадемонстрирует, чтобольшая частьошибок

приквалификациипреступленийпротивздоровьячеловека связанасневернымустановлениемсубъективнойстороны, а конкретно с определением цели,которую преследовал злоумышленник, его отношению к данному деяниюи мотивапреступления [4].В действующей редакции Уголовного кодексаРФуказано, чтоприотсутствииважнейшегосубъективногопризнака –винысостороныобвиняемого,неможетбытьуголовнойответственности. Это связано с тем, что отечественноеуголовноезаконодательствонезнаетобъективноговменения.Иными словаминевозможно привлечь злоумышленник куголовной ответственностизаобщественноопасныепоследствиябезвины. Применительнокпрямомуумыслу, сучетомч. 2ст. 25УКРФ

этоозначает, чтовиновныйне толькоосознаетобщественноопасныйхарактерсвоегопротивоправного деяния(действия или бездействия ), припричинениивредаздоровьючеловека,предвидитвозможностьилинеизбежностьнаступлениявполнеопределенных последствий,но и желаетнаступленияэтих последствий.Вбольшинствеслучаевприпричинениивредаздоровьючеловекаумыселявляетсяпрямымвтомсмысле, чтосубъектпредвидитижелаетнаступлениявредоносногорезультата, ноэтотумыселявляетсянеопределенным, таккаконнаправленнапричинениетелесныхповрежденийлюбойтяжести. Такое, такназываемое«сложное»представлениеосодержаниипрямогоумыслаприсовершениипреступленийпротивздоровьячеловекаотносительнодавносложилосьвтеорииуголовногоправавРоссии.Согласноконцепции«неопределенного»умыславвинусубъектавменяетсятотрезультат, которыйвдействительностипроизошелотегодействия. Приэтомссубъективнойсторонытребуетсяналичиесознаниясубъектомвозможностинаступления, вчастности, итогорезультата, которыйнаступил. Стеоретическойточкизренияэтаконцепция, какпредставляется, неможетвызватьсущественныхвозражений. Затрудненияприквалификацииотдельныхслучаевнапрактикевозникаютвсвязиснеобходимостьюустанавливатьдействительнуюнаправленностьумысланасовершениедругих, болеетяжкихпреступлений, вчастностиубийство.Такимобразом, неопределенныйумыселвпреступленияхпротивздоровьячеловека–этонекакойлибосамостоятельныйвидумысла, аразновидностьпрямогоумыслапоегосодержанию. Поэтомуврамкахпрямого

втехслучаях, когдаонсвидетельствуетобобъектесовершенногопреступления. Имеетсяввидуслучаиразграниченияубийстваи

умышленногопричинениятяжкоговредаздоровьючеловека, повлекшегопонеосторожностисмертьпотерпевшего, ислучаиразграниченияумышленногопричинениялегкоговредаздоровьюипобоев.Вуказанныхслучаяхправильноеустановлениеумыславиновного«позволяетдифференцироватьуголовнуюответственностьзапосягательстванаобщественныеотношения, обеспечивающиежизньчеловека, иобщественныеотношения, обеспечивающиездоровьечеловека, иобщественныеотношения, обеспечивающиетелеснуюнеприкосновенность»[5].Суммируяизложенноеотносительнопрямогоумыславпреступленияхпротивздоровьячеловека, представляетсяцелесообразнымпредложитьправилаквалификациисоответствующихпреступленийпосубъективнойстороне, стем, чтобыпоказатьвидениепроблемыпостольдискуссионномувопросу.Наиболеесложнымидосихпорокончательнонеразрешенным

нивтеорииуголовногоправа, нинапрактикеявляетсявопросоквалификациипреступления, котороебылосовершенноснеопределенным(неконкретизированным)умыслом. Рядсоветскихученыхкриминалистовсчитали, чтопринеопределенномумыследеяниедолжно

бытьквалифицировановсоответствиисфактическинаступившимипоследствиями. Даннуюпозициюнеобходимопрояснить.Еслипредвидениемлица, совершающегопреступноедеяние, охватываетсявозможностьпричиненияпотерпевшемувредаздоровьюразличнойтяжести, тодействительнаястепеньобщественнойопасностиисодеянноеопределяетсянаиболеетяжкимизвсехобъектоввозможныхипредвидимыхсубъектомпоследствий. Однаковтакихслучаяхимеетместосовершениепреступлениянесопределенным(неконкретизированным)умыслом, асопределенным(конкретизированным)альтернативнымумыслом, прикоторомлицопредвидитдваилиболееточноопределенныхвегопредставлениипоследствий.Так, вслучаяхпричинениявредаздоровьючеловекаспрямымумыслом, когдапотемилиинымпричинам, независящимотволи

импоследствий, егодействиядолжныбытьквалифицированыкакпокушениенапричинениеименноэтих, самыхтяжкихизвходящихвпреступныенамерениявиновногоповрежденийздоровьячеловека. Особоезначение

этоположениеприобретаетвтехслучаях, когдапреступноедеяниевсилутехилииныхобстоятельстввообщенеповлеклозасобойвредныхпоследствий, например, когдаумысломвиновногоохватывалосьальтернативноотсечениекистирукиилитолькопальца, нонеудалосьреализоватьнитого, нидругого[6].Припричинениитяжкоговредаздоровью, повлекшегосмертьпотерпевшего,квалификациядеяниявозможнавсоответствии:1)сост. 105УКРФ—приналичииконкретизированногоумысланапричинениетяжкоговредаздоровьюпопризнакуопасностидляжизни,т.е. умышленного

посягательстваназдоровьечеловекавпредвидениивозможностинаступленияегосмерти;2)сч. 4ст. 111УКРФ—вслучае, когдасубъектнепредвидитвозможностинаступлениясмертииимеетместолибоумыселнапричинениетяжкоговредаздоровью, неопасногодляжизни,либонеконкретизированныйумысел

напричинениевредаздоровью, оказавшегосятяжким(какопасным, таки

неопаснымдляжизни). Приэтомсубъектсоздаетсвоимидействиями(бездействием)умышленноинепосредственновозможностьприведениялибоприведениевдействиепривходящихсил, причиняющихтяжкийвредздоровьюивызывающихдействиядругихприсоединяющихсясил, влекущихзасобойнаступлениесмерти. Именнопоследнийрезультатсубъектинепредвидит, хотямогидолженбылпредвидеть;3)сост. 109УКРФ—вслучаях, когдалибопринебрежностисубъектнепредвидитвозможностьнаступлениялюбыхвредныхпреступныхпоследствий(включаянаступлениесмерти), либоприлегкомыслиисоздаетнепосредственнолишьпотенциальную(абстрактную)угрозуобъектупреступления—жизничеловека, предвидявозможностьнаступленияпоследствий(включаянаступлениесмерти), нореальнорассчитываяизбежатьих.Каждый день сотрудники правоохранительных органов в своей деятельности занимаются квалификацией преступлений. Значение верной квалификации трудно переоценить, так как ежедневно от правильной квалификации зависит судьба конкретного человека, а также осуществление таких базовых принципов уголовного законодательства, как легитимность, виновность, справедливость, равенство и гуманность. В связи с этим законоприменителю необходимо правильно истолковать имеющиеся у него данные и разграничить смежные составы преступлений, в частности преступления указанные в ст. 105 и ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Ссылки на источники1.УголовныйкодексРоссийскойФедерацииот13.06.1996№63ФЗ(ред. от31.12.2014)(сизм. идоп., вступ. всилус23.01.2015)//СобраниезаконодательствРФ. 17.06.1996. №25Ст.2954.2.ПостановлениеПленумаВерховногоСудаРФот27.01.1999№1(ред. от03.12.2009)«Осудебнойпрактикеподеламобубийстве(ст. 105УКРФ)»//БюллетеньВерховногоСудаРФ. №31999.3.Балашов, С. К. Проблемыквалификацииумышленногопричинениятяжкоговредаздоровью, повлекшегопонеосторожностисмертьпотерпевшего(ч. 4ст. 111УголовногокодексаРоссийскойФедерации)/С. К. Балашов//Адвокатскаяпрактика. 2014. №4С. 4550.4.Дугин, А. Т. ПроблемаумышленнойвинывУголовномкодексеРФ/А. Т. Дугин//Российскийследователь. 2009. №19С. 1113.5.Курченко, В. Н. Назначениенаказаниязаумышленноепричинениетяжкоговредаздоровью/В. Н. Курченко//Законность. 2014. №10(960). С. 36.6.Назаров, А. Д. Влияниеследственныхошибокнаошибкисуда/

Отграничение ст 105 от ст 109 ук рф

Разграничение части 1 ст. 105 и части 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации

Ю. Юзвак, студентка УрГЮА

На практике распространенной ошибкой является осуждение за умышленное убийство лица, причинившего тяжкий вред здоровью, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего. Допускаемые ошибки объясняются в какой-то степени тем, что эти преступления по внешним признакам (всем признакам объективной стороны) сходны. У них могут совпадать и некоторые признаки субъективной стороны – мотив и цель преступления. В итоге это иногда приводит к тому, что неглубокий анализ фактических обстоятельств совершенного преступления со стороны следственных органов и судов позволяют действия виновного, причинившего тяжкий вред здоровью, повлекший по неосторожности смерть, квалифицировать как умышленное убийство, исходя не из преступного намерения, а лишь из наступивших последствий – смерти потерпевшего.

Так, например, в период времени с 20 часов 00 минут 28.07.2007 г. до 04 часов 00 минут 29.07.2007 г. неизвестный в г. Нижнем Тагиле Свердловской области умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью гражданину Щ., нанес последнему множество ударов руками, ногами и неустановленным предметом в область головы и живота последнего, причинив своими действиями гражданину Щ. черепно-мозговую травму и тупую травму живота с повреждением печени, от которых последний скончался спустя непродолжительное время на месте происшествия.

В период с 18 час. 30 мин. 20.01.2008 г. до 02 час. 21.01.2008 г., гражданин К., находясь в состоянии алкогольного опьянения в городе Нижнем Тагиле Свердловской области, в ходе ссоры с Ш., умышленно нанёс в туловище принесённым с собой кухонным ножом не менее 10 ударов, причинив Ш. телесные повреждения в виде множества проникающих колото-резаных ранений груди и лица, с повреждением сердца и легких, в совокупности причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения и повлекших смерть Ш. спустя непродолжительное время.

В приведенных выше примерах в отношении неизвестного в первом примере возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. А в отношении гражданина К. во втором примере вынесено постановление о возбуждении уголовного дела по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Непосредственным объектом убийства является жизнь человека, а тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, здоровье человека. С субъективной стороны убийство может быть лишь умышленным, а ч. 4 ст. 111 предполагает наличие двух форм вины – умышленной по отношению к причиненному тяжкому вреду здоровью и неосторожной к более тяжкому последствию – смерти потерпевшего. На практике бывает трудно определить, на что был направлен умысел, на что посягает преступник – жизнь или здоровье, если деяние повлекло смерть потерпевшего?

Анализ ч. 4 ст. 111 УК РФ показывает, что законодатель объединяет умышленное и неосторожное преступление, учитывая существующие зависимости. Эти преступления могут существовать самостоятельно, соответственно ч. 1 ст. 111 УК РФ– умышленное причинение тяжкого вреда здоровью и ст. 109 УК РФ – причинение смерти по неосторожности. В сочетании же друг с другом, когда причиной наступления смерти является не само деяние, а его последствия, то есть тяжкий вред здоровью, данные два преступления образуют качественно новое преступление с двойной формой вины – причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть человека.

Преступление с двойной формой вины предполагает причинную связь между выполнением виновным умышленно действий, содержащих признаки основного преступления (ч. 1 ст. 111 УК РФ), и наступлением дополнительных, производных последствий (смерти человека), находящихся за пределами умысла, а соответственно и за пределами основного преступления и охватываются данные последствия неосторожной формой вины. Наличие этой причинной связи – характерная особенность сложного состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. Иными словами, если основное последствие (тяжкий вред здоровью) и производное (смерть) не укладываются в единую линию развития причинной связи, содеянное нельзя квалифицировать по ч. 4 ст. 111 УК РФ. Если, например, смерть оказалась обусловленной случайным загрязнением раны инфекцией, внесенной во время ранения, то причинная связь между повреждением и смертью имеется, однако такая причинная связь, которую виновный не предвидел и не мог предвидеть. Эта причинная связь – случайная, она не охватывалась сознанием виновного и не может быть вменена в вину лицу, причинившему тяжкий вред здоровью. Если же смерть наступила в результате причинения тяжкого вреда здоровью, но причиненного по неосторожности, совершенные действия в целом образуют состав причинения смерти по неосторожности.

Верховный Суд РФ в Постановлении Пленума от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» в п. 3 указывает на то, что для отграничения убийства от причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего необходимо учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений (например, ранение жизненно важных органов человека), а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения. Таким образом, требуется тщательное установление объективной стороны преступления.

Вернемся к нашим примерам. Руководствуясь Постановлением Пленума Верховного Суда РФ, обратим внимание на способ и орудие совершения преступления, а также количество, характер и локализацию телесных повреждений. В первом случае неизвестный нанес множество ударов руками, ногами и неустановленным предметом в область головы и живота, во втором – гражданин К. нанёс в туловище кухонным ножом не менее 10 ударов, причинив телесные повреждения в виде множества проникающих колото-резаных ранений груди и лица, с повреждением сердца и легких. Ясно, что во втором случае имеет место ранение жизненно важных органов (сердца и легких), относящееся к опасному для жизни вреду здоровью, кроме того, используется орудие в виде ножа. Таким образом, локализация ударов, их количество (не менее 10), орудие позволяет свидетельствовать о направленности умысла на убийство, а не на причинение тяжкого вреда здоровью. Это подтверждают и существовавшие между гражданином К. и потерпевшим взаимоотношения. Согласно материалам дела они постоянно ссорились, бывало дрались.

Такой точки зрения, что при определении направленности умысла необходимо исходить из способа, орудия, локализации и количества ударов, придерживался в частности В. Орехов, Н. К. Семернева.

По мнению В. Орехова, если средство, орудие, способ, применяемое для нанесения вреда здоровью, не характерны для нанесения вреда здоровью или причинения смерти, то речи не может идти об умысле на причинение вреда здоровью, а тем более к наступлению смерти. Действия виновного могут быть квалифицированы как причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть по неосторожности, если виновный действовал с прямым конкретизированным умыслом на причинение тяжкого вреда здоровью. Если же умысел был неконкретизирован, то деяние следует квалифицировать как убийство 1 .

Н. К. Семернева в своей работе, посвященной квалификации преступлений, говорит о том, что, анализируя фактические обстоятельства, установленные при расследовании преступления, и учитывая рекомендации Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г., можно сделать вывод, что при желании совершить умышленное убийство лицо использует для достижения преступного результата соответствующие орудия или средства совершения преступления 2 . Кроме того, во всех случаях цель, мотив, направленность умысла должны устанавливаться на основе глубокого анализа обстоятельств совершения преступления (места, времени, способа), взаимоотношений виновного и потерпевшего, локализации ударов, причин совершения и прекращения общественно опасного посягательства. Несоблюдение этого правила, по мнению Н. К. Семерневой, и влечет ошибки в квалификации 3 .

Иной точки зрения придерживался А. Д. Середа, который высказывался за то, чтобы при определении направленности умысла основным критерием отграничения умышленного тяжкого телесного повреждения от убийства считать психическое отношение виновного к последствиям своих действий 4 . И. А. Исмаилов считал, что при оценке действий за основу должны браться не те последствия, которые являются нежелательными, противоположными тому, что имелось в виду, а именно те, которые охватывались умыслом действующего лица. Что же касается нежелательных последствий, то они тоже должны учитываться, однако им не следует придавать определяющего значения 5 .

Н. Д. Дурманов и А. Филиппов вообще высказывались за то, чтобы упразднить ч. 4 ст. 111 УК РФ, поскольку нет четкой границы между умышленным убийством и причинением тяжкого вреда здоровью, повлекшим смерть, что вообще трудно их разграничивать и это доставляет много трудностей следственным работникам на практике 6 . На мой взгляд, этот довод является неубедительным, так как трудность разграничения еще не означает ее невозможности. Более того, судебно-следственная практика показывает, что различие между этими преступлениями есть и его можно выяснить на основе внимательного анализа всех обстоятельств конкретного дела.

Подводя итог, можно предложить следующий алгоритм, которым следует руководствоваться для правильной квалификации:

— во-первых, необходимо установить способ, орудие совершения преступления, локализацию и количество ударов, мотивы и цели преступника, его предыдущее и последующее поведение, взаимоотношения с потерпевшим.

— во-вторых, необходимо установить, что явилось причиной смерти: само деяние или причиненный тяжкий вред здоровью, для этого необходимо исходить из протокола об осмотре места происшествия и заключения судебно-медицинской экспертизы.

При этом действия необходимо квалифицировать, безусловно, как убийство при наличии следующих признаков:

— направленности действий виновного на нарушение функций и анатомической целостности жизненно важных органов потерпевшего, например, ранение головы, глотки, гортани, трахеи, левой стороны грудной клетки;

— интенсивности действий виновного, то есть силы и множественности ударов, свидетельствовавшей о намерении причинить смерть потерпевшему;

— применении такого орудия или средства, которыми может быть причинена смерть потерпевшему, например, огнестрельное оружие, ножи, сильнодействующие и ядовитые вещества;

— наличии словесных угроз о лишении жизни.

При отсутствии хотя бы одного из вышеназванных признаков действия виновного нельзя квалифицировать как убийство.

Квалификацией преступлений ежедневно занимаются работники правоохранительных органов и значение правильной квалификации трудно переоценить, ведь каждый раз речь идет о судьбе конкретного человека, а кроме того осуществлении таких принципов уголовного права, как законность, виновность, справедливость и гуманизм, поэтому очень важно суметь верно разграничить смежные составы преступлений, в частности убийство и умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть.

1 Орехов В. В. Борьба с телесными повреждениями по советскому уголовному праву. Автореферат диссертации, канд. юрид. наук. Л., 1960.

2 Семернева Н. К. Квалификация преступлений: Часть общая. Спецкурс. Екатеринбург, 2004. С. 104-105.

3 Семернева Н. К. Вопросы квалификации умышленных убийств. Свердловск, 1984. С. 77.

4 Середа А. Д. Уголовно-правовая борьба с тяжкими телесными повреждениями. Автореферат диссертации д-ра юрид. наук. Киев, 1969.

5 Исмаилов И. А Ответственность за причинение тяжких телесных повреждений по советскому уголовному праву. Баку, 1969.

6 Дурманов Н. Д. Стадии совершения преступления по советскому уголовному праву. М., 1955. Филиппов А. П. Борьба с умышленными телесными повреждениями по советскому уголовному праву. Автореферат диссертации д-ра юрид. наук. Л., 1964.

Отграничение ст 105 от ст 109 ук рф

На практике зачастую представляет сложность отграничение убийства от смежных составов преступлений (от причинения смерти по неосторожности; от причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего; от привилегированных видов убийства и др. составов преступлений).

Рассмотрим подробнее критерии и особенности разграничения убийства и иных составов преступлений.

Как подчеркивается в ч.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. №1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)» необходимо отграничивать убийство от умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего, имея в виду, что при убийстве умысел виновного направлен на лишение потерпевшего жизни, а при совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, отношение виновного к наступлению смерти потерпевшего выражается в неосторожности.

При решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений (например, ранения жизненно важных органов человека), а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.

Убийство необходимо отграничивать от причинения смерти по неосторожности (ст.109 УК РФ), причинения смерти по неосторожности в виду нарушения правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств (п.2 ст.264 УК РФ).

Приведем пример из практики:

«Рауд и Кириченко договорились об ограблении потерпевшей. В совершение данного преступления они вовлекли несовершеннолетнюю Красильникову.

Обманным путем проникнув в квартиру потерпевшей, Кириченко, требуя выдачи денег и ценностей, стал избивать ее, а Красильникова и Рауд в это время обыскивали дом.

Испугавшись, потерпевшая передала Кириченко 30 руб., шесть бутылок водки и золотые серьги.

Продолжая требовать деньги, золото и другое имущество, Кириченко матерчатой удавкой стал сдавливать шею потерпевшей. В процессе удушения у нее произошел сердечный приступ, от которого она скончалась на месте происшествия. После этого нападавшие завладели ее имуществом, деньгами и золотыми изделиями.

Суд первой инстанции квалифицировал действия Кириченко по ч.1 ст.109 УК РФ, пп.»б», «в» ч.2 ст.162 УК РФ и ч.1 ст.150 УК РФ, действия Рауд по пп.»а», «в» ч.2 ст.161 УК РФ, ч.4 ст.150 УК РФ и Красильниковой по пп.»а», «в» ч.2 ст.161 УК РФ.

Судебная коллегия Верховного Суда РФ приговор оставила без изменения.

Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об отмене судебных решений и направлении дела на новое судебное рассмотрение. По мнению автора протеста, суд, установив, что сдавливание шеи петлей спровоцировало сердечный приступ, от которого последовала смерть потерпевшей, ошибочно расценил действия виновного как причинение смерти по неосторожности. Осужденные, как видно из их показаний, считали, что смерть потерпевшей наступила от удушения. Никто из них, в том числе и Кириченко, не предполагал наличия у погибшей каких-либо заболеваний и возможности наступления смерти в результате болезни.

Президиум Верховного Суда РФ оставил протест без удовлетворения, указав следующее.

Из показаний Красильниковой видно, что Кириченко неоднократно сдавливал шею потерпевшей, требуя деньги и ценности.

Вместе с тем Кириченко при допросе в качестве подозреваемого, признавая, что он душил потерпевшую и требовал деньги, утверждал, что убивать ее не хотел.

Таким образом, примененное Кириченко насилие к потерпевшей имело целью понудить ее указать, где находятся ценности.

Как видно из заключений судебно-медицинских экспертов, смерть потерпевшей могла наступить как от острой сердечной недостаточности, так и от механической асфиксии.

При таких обстоятельствах суд обоснованно исходил из конституционного положения, согласно которому неустранимые сомнения в виновности подсудимого толкуются в его пользу, и правильно квалифицировал действия Кириченко по пп.»б», «в» ч.2 ст.162 УК РФ и ч.1 ст.109 УК РФ» [1] .

Особенные трудности возникают в судебной практике при отграничении убийства с косвенным умыслом от причинения смерти по легкомыслию. И в том, и в другом случае виновный предвидит возможность наступления смерти потерпевшего в результате своих действий. И в том, и в другом случае он не желает наступления такого результата, не стремится к нему. Но при косвенном умысле виновный сознательно допускает наступление смерти, часто относится к этому безразлично, не предпринимает никаких действий, направленных на предотвращение такого результата. При неосторожности в форме легкомыслия виновный не относится к смерти потерпевшего безразлично, он рассчитывает на свои силы, умение, ловкость, профессиональное мастерство, на то, что в результате принятых им мер либо в результате действий других лиц или каких-либо иных конкретных факторов удастся избежать смертельного исхода. Однако в силу того, что виновный в этих случаях не проявляет должной предусмотрительности, недостаточно учитывает свои возможности или возможности других лиц, смертельный результат все же наступает.

Приведем пример из практики:

«Боготольским районным народным судом Красноярского края Хороший осужден по ст. 103 УК РСФСР.

Он признан виновным в умышленном убийстве Драко.

21 января 1994 г. в двенадцатом часу ночи в доме Хорошего в г. Боготоле находились Бирюков, Вишняков, Петрова, Амельченко и Драко. Хороший стал оказывать знаки внимания Драко, с которой он находился в дружеских отношениях. Драко ответила ему, что ей это надоело, и села рядом с Бирюковым, продолжая разговор. Хороший, видя, что его ухаживания отвергаются, с целью обратить на себя внимание, принес из соседней комнаты в разобранном виде двухствольное охотничье ружье 12-го калибра, собрал его, зарядил ружье и из неприязни умышленно произвел выстрел в Драко. В результате выстрела потерпевшей причинены телесные повреждения в виде слепого огнестрельного дробового ранения головы с множественными переломами костей основания черепа, что повлекло ее смерть.

Судебная коллегия по уголовным делам и президиум Красноярского краевого суда приговор в отношении Хорошего оставили без изменения.

Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об изменении приговора суда и кассационного определения и отмене постановления президиума краевого суда, переквалификации действий Хорошего со ст. 103 на ст. 106 УК РСФСР, считая, что убийство Драко было совершено им по неосторожности, в результате преступно-небрежного обращения с оружием.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 13 июня 1995 г. протест удовлетворила, указав следующее.

Хороший вину в умышленном убийстве Драко не признал. В судебном заседании он пояснил, что решил похвастаться охотничьим ружьем 12-го калибра, достал и собрал его. Кто-то из присутствовавших сказал, что ружье есть, а патронов нет. Тогда он взял два патрона 16-го калибра и зарядил ружье. Курки ружья взводятся автоматически. Он стал демонстрировать ружье, водя им горизонтально, хотел пошутить, попугать присутствовавших. Убивать Драко у него умысла не было. По его мнению, выстрела произойти не могло, поскольку патроны он «утопил» в стволы. Неожиданно для него произошел выстрел и заряд попал в Драко. Возможно, он и нажал на курок, но как это было — не помнит.

Аналогичные показания Хороший давал в ходе предварительного следствия.

Как видно из материалов дела, показания Хорошего об обстоятельствах происшедшего подтверждаются имеющимися в деле доказательствами. Судом установлено, что Хороший принес ружье с целью обратить на себя внимание. Согласно протоколу осмотра места происшествия, из домовладения Хорошего были изъяты: двухствольное внутрикурковое ружье 12-го калибра (в одном из стволов которого находился патрон 16-го калибра на расстоянии 3,6 см от основания ствола, а из другого (левого) ствола ощущался запах гари) и гильза 16-го калибра с согнутыми краями, с запахом пороха.

По заключению судебно-баллистического эксперта, взведение курков производится взводителями при открывании ружья.

Из ружья 12-го калибра возможен выстрел патроном 16-го калибра при условии соприкосновения донца гильзы со щитком колодки.

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта, выстрел был направлен снизу вверх, что свидетельствует о том, что дульные срезы ружья находились выше относительно щитка колодки.

Как пояснил свидетель Бирюков, Хороший во время происшедшего с Драко не ссорился, ревности у него не могло возникнуть из-за того, что Драко пересела к нему. Они были друзьями, и Драко общалась со всеми присутствовавшими. Хороший показывал им ружье, по горизонтали водил стволами на уровне его лица. Потом раздался выстрел. Он не понял, как это произошло. Хороший крикнул, чтобы вызвали «скорую помощь». Вместе с Хорошим он отвез Драко в больницу, а оттуда они поехали в милицию.

Свидетели Вишняков и Амельченко дали аналогичные показания. Кроме того, Амельченко пояснил, что то обстоятельство, что у Хорошего появилось ружье, никого не испугало, угроз он не высказывал и специально ни в кого не целился. По словам Вишнякова, выстрел был неожиданным. Как показала свидетель Петрова, Хороший сказал, что он сейчас что-то покажет и вышел, а вернулся с ружьем. Отношения между Драко и Хорошим были нормальные и атмосфера веселья и разговора не нарушалась, когда она пересела к Бирюкову. Хороший держал ружье на уровне головы Драко, что-то говорил ей и неожиданно произошел выстрел. Хороший сразу отбросил ружье, стал биться головой о печь и кричать, что он не хотел убивать, просил вызвать «скорую помощь».

Приведенные доказательства свидетельствуют, что между Драко и Хорошим были дружеские отношения. В день происшедшего между ними также не возникло конфликта.

То обстоятельство, что Хороший до выстрела пытался заигрывать с Драко, но она не восприняла этого и пересела на другое место, с достоверностью не подтверждает вывод суда о возникновении между ними неприязни и совершении убийства из ревности.

В нарушение требований ст. 301 УПК РСФСР вывод суда в приговоре об умышленном лишении Хорошим жизни Драко не мотивирован.

Между тем, как видно из материалов дела, поведение Хорошего после выстрела — растерянность, переживание, принятие мер к оказанию медицинской помощи, свидетельствует о том, что выстрел был для Хорошего и всех присутствовавших неожиданным.

Тем не менее Хороший грубо нарушил правила обращения с оружием, вследствие чего произошел выстрел и была убита Драко. Нарушая правила обращения с оружием, Хороший мог и должен был предвидеть возможность выстрела и убийства кого-либо из присутствовавших, а поэтому его действия следует квалифицировать по ст. 106 УК РСФСР как неосторожное убийство» [2] .

Суд должен досконально изучить обстоятельства дела, дабы не допустить ошибок по совершению правосудия.

Как мы уже подчеркивали, ошибки на практике при квалификации преступлений, могут возникнуть в связи с тем, что легальное определение убийства не подчёркивает, а скорее затушёвывает принципиальные отличия составов преступлений, предусмотренных, например, статьями 105 и 277 УК РФ. А между тем таких различий несколько: – другой основной объект посягательства; – смерть потерпевшего совсем не обязательна для состава оконченного теракта; – в теракте невозможен косвенный умысел; – субъектом теракта признаётся физическое вменяемое лицо с 16 лет, а убийства, квалифицируемого по ст. 105 — с 14 лет (поэтому, если 14-летний преступник неудачно стреляет в государственного деятеля, то судить его будут по ст. 30 ч.3 и ст. 105 ч. 2 п. «б»).

Особняком в УК РФ, на наш взгляд, стоит ст. 357 (геноцид), которая формально в диспозиции содержит слово «убийство», но практически не применяется, включена в УК РФ по причине подписания нашей страной соответствующих конвенций, откуда обычно и заимствуются словосочетания.

В последнее время в науке уголовного права высказана концепция, согласно которой различия между статьями 277, 295, 317 — и ст. 105 ч. 2 п. «б» УК РФ несущественны, поэтому первые три упомянутые статьи можно бы исключить из кодекса и тем самым упростить имеющиеся теоретические сложности, называя всё подряд убийством уже вроде бы на законном основании. Представляется, что это принципиальное заблуждение. Специальные составы преступлений — ст. 317, 295, 277 — долгие годы сохранялись в отечественном уголовном законе, не являются рудитментами сталинизма, и довольно часто применяются на практике. А в нынешних условиях расцвета терроризма исключение подобных статей было бы просто опрометчивым [3] .

Убийство необходимо отграничивать от привилегированных видов убийства (ст.107 и 108 УК РФ).

Убийство в состоянии аффекта характеризуется особым психическим состоянием субъекта. Об аффекте свидетельствуют резкое снижение сознания с экспрессивным переживанием обиды, гнева, ярости, двигательный автоматизм, отрывочность восприятия с запамятованием многих деталей содеянного. Выход его из состояния аффективного возбуждения характеризуется типичной постаффективной астенией и эмоциональной реактивностью.

Приведем пример из практики:

«Березовским районным судом Красноярского края 29 июля 1999 г. Федоров осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Он признан виновным в умышленном причинении смерти Потылицыну.

10 сентября 1998 г. Федоров, Лущиков, Бронников, Ежова и Морозова приехали к Потылицыну. Последний вел себя вызывающе, схватил Морозову — сестру Федорова за подбородок и заявил, что совершит с ней половой акт. За ужином при распитии спиртных напитков он ударил ее по руке, выбив ложку. Федоров потребовал от него извиниться, но Потылицын отказался. Лущиков пытался уладить конфликт, забрал у Потылицына нож. После этого Потылицын бросил в Лущикова табурет. Через некоторое время Потылицын опять направился к Морозовой. Федоров пытался поговорить с ним, но тот толкнул его. Тогда Федоров несколько раз ударил Потылицына ножом в грудь, от чего наступила смерть потерпевшего.

Судебная коллегия по уголовным делам Красноярского краевого суда в части квалификации действий Федорова приговор оставила без изменения.

Президиум Красноярского краевого суда протест прокурора об изменении судебных решений оставил без удовлетворения, а приговор и кассационное определение — без изменения.

Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об изменении приговора и последующих судебных решений: переквалификации содеянного Федоровым с ч. 1 ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 107 УК РФ.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 29 января 2003 г. удовлетворила протест, указав следующее.

Как видно из показаний Федорова, он, его сестра (Морозова) и их знакомые заехали к Потылицыну, которого Федоров ранее не знал. Там же вечером сестра сказала ему, что Потылицын схватил ее за подбородок и заявил, что совершит с ней половой акт. Он (Федоров) возмутился, но виду не подал, так как они собирались уезжать. Во время ужина Потылицын ударил Морозову по руке, она заплакала. Он (Федоров) предложил Потылицыну извиниться, но тот отказался. Лущиков пытался уладить конфликт, забрал у Потылицына нож, зная, что пьяный он агрессивный. Потылицын бросил в него табурет и ушел, а перед отъездом гостей снова направился к Морозовой. Он, Федоров, спросил, что ему от сестры надо. Потылицын толкнул его в грудь рукой. Дальнейшие события он (Федоров) не помнит, пришел в себя в лесу, где спал. Позже узнал, что убил Потылицина.

Показания Федорова подтверждаются показаниями свидетелей Морозовой, Ежовой, Лущикова, частично — показаниями признанной потерпевшей Потылицыной. Из их пояснений видно, что Потылицын совершил противоправные действия в отношении сестры Федорова, вел себя вызывающе по отношению к другим присутствующим, в том числе и к Федорову.

Суд также пришел к выводу о неправомерном поведении потерпевшего, однако расценил это лишь как смягчающее вину Федорова обстоятельство.

Из заключения судебно-психолого-психиатрической экспертизы видно, что Федоровым в силу особенностей личности (активная позиция, ранимость, теплые доверительные отношения с сестрой, его потребность защищать и оберегать ее, ориентация на принятые нормы поведения) остро переживалась возникшая ситуация, накапливалось эмоциональное напряжение, относительно незначительное травмирующее воздействие сыграло роль «последней капли» и вызвало тяжелый аффективный взрыв. Об аффекте свидетельствуют резкое снижение сознания с экспрессивным переживанием обиды, гнева, ярости, двигательный автоматизм, отрывочность восприятия с запамятованием многих деталей содеянного. Выход его из состояния аффективного возбуждения характеризуется типичной постаффективной астенией и эмоциональной реактивностью.

С учетом этого экспертная комиссия пришла к заключению о том, что Федоров вменяем, но в момент совершения правонарушения находился в состоянии физиологического аффекта.

Выводы данной экспертизы подтверждаются заключением судебно-психологической экспертизы.

Тот факт, что Федоров находился в момент совершения преступления в состоянии аффекта, вызванного действиями Потылицына, подтверждается также показаниями свидетелей-очевидцев; заключением судебно-медицинского эксперта, согласно которому потерпевшему причинено семь ножевых ранений разной степени тяжести, а их локализация свидетельствует о хаотичном нанесении ударов.

При таких обстоятельствах Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ действия Федорова переквалифицировала с ч. 1 ст. 105 УК РФ (убийство) на ч. 1 ст. 107 УК РФ (убийство, совершенное в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), вызванного противоправными действиями потерпевшего)» [4] .

Таким образом, суд должен выяснить психологическое состояние виновного, показания свидетелей очевидцев, провести экспертизу.

На практике представляет сложность отграничение убийства (ст.105 УК РФ) от убийства совершенного при превышении пределов необходимой обороны (ч.1 ст.108 УК РФ) либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление (ч.2 ст.108 УК РФ).

Приведем пример из практики:

«Согласно приговору Стрельников был признан виновным в убийстве, совершенном неоднократно и с целью скрыть другое преступление при следующих обстоятельствах.

Стрельников вместе с гражданами Русалевым и Камневым в их квартире распивал спиртные напитки. После этого Камнев и Русалев предъявили ему претензии по поводу того, что он якобы ранее изнасиловал их знакомую, и, угрожая, потребовали 8 млн.руб.

Когда Стрельников отказался передавать им деньги, Камнев заявил, что приведет свидетеля, который подтвердит факт изнасилования, и вышел и квартиры. Через некоторое время Стрельников хотел тоже уйти, но Русалев, обхватив его сзади руками за туловище и, угрожая ножом, стал препятствовать ему. Оттолкнувшись ногой от стены, Стрельников упал вместе Русалевым на диван и, оказавшись сверху, стал выкручивать руку последнего, в результате чего нож упал на пол. При этом Стрельников порезал себе пальцы. Кроме того, Русалев укусил его плечо.

Освободившись от захвата, Стрельников стал наносить Русалеву удары по голове бутылками с водкой, разбив при этом не менее 4 бутылок, от чего тот потерял сознание.

После этого Стрельников опять хотел выйти из квартиры, но, услышав звук отпирания замка двери (пришел Камнев), спрятался на кухне. Когда Камнев прошел в комнату, Стрельников снова подошел к двери, но, не успев открыть ее, увидел, что Камнев идет к нему с куском стекла в руке. Защищаясь, Стрельников ударил Камнева ногой в область живота, а когда тот упал, прошел в комнату и взял с пола нож. Камнев снова направился к Стрельникову и последний, желая отомстить за предъявленные ранее к нему требования, нанес Камневу несколько ударов ножом в грудь и убил его.

В это время пришел в себя Русалев и, взяв в руки планку от дивана, попытался ударить Стрельникова. Уклонившись от удара, Стрельников стал наносить Русалеву удары ножом в голову, шею, грудь и живот с целью избавиться от него, как от свидетеля совершенного ранее убийства Камнева. От полученных ранений Русалев через несколько часов скончался.

Рассмотрев материалы дела и обсудив изложенные в кассационной жалобе доводы, Военная коллегия посчитала, приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.

Вывод суда о виновности Стрельникова в убийстве, совершенном неоднократно и с целью скрыть другое преступление, основан на неправильной оценке фактических обстоятельств, установленных по делу, и сделан без учета мотивов действий осужденного.

Суд признал установленным, что пьяные Камнев и Русалев, угрожая, необоснованно требовали от Стрельникова деньги. Когда Стрельников пытался уйти, Русалев обхватил его сзади и угрожал ножом. Противодействуя нападению, Стрельников выбил из рук Русалева нож и нанес ему удары бутылками по голове, от чего тот потерял сознание. После этого Стрельников снова пытался уйти из квартиры, но ему помешал Камнев который также стал нападать на него с куском стекла в руке.

Защищаясь, Стрельников ударом ноги сбил Камнева с ног. Когда тот вновь направился к нему, Стрельников нанес ему подобранным с пола ножом несколько ударов. В то время на Стрельникова снова напал пришедший в сознание Русалев и пытался ударить его деревянной планкой от дивана. Уклонившись от удара, Стрельников нанес Русалеву несколько ударов ножом. В результате причиненных Стрельниковым ранений Камнев и Русалев скончались.

Эти обстоятельства подтверждены последовательными показаниями осужденного на предварительном следствии и в суде, а также другими материалами дела.

Согласно протоколу судебно-медицинского освидетельствования у Стрельникова обнаружены резаные раны пальцев правой руки, которые по пояснениям Стрельникова ему причинены, когда он вырывал у Русалева нож, а также следы укуса на плече.

Из показаний свидетелей Усова и Кулешова видно, что Стрельников рассказал им о том, что он, защищаясь, убил двух мужчин, которые на него напали и требовали деньги.

Что касается показаний Кулешова о рассказе ему Стрельниковым об убийстве им второго мужчины как свидетеля убийства первого, то они не могут служить достаточным основанием для вывода о виновности Стрельникова в умышленном убийстве с целью сокрытия другого преступления, поскольку сам Кулешов очевидцем преступления не был и эти его показания противоречат объяснениям Стрельникова и показаниям свидетеля Усова, которому, по пояснениям Кулешова, он передавал все сказанное Стрельниковым.

Таким образом, по делу установлено, что инициаторами конфликта были Камнев и Русалев. Они же напали на Стрельникова и угрожали. Эти их действия судом признаны противоправными, о чем прямо указано в приговоре.

Учитывая обстановку, в которой происходили эти события, следует признать, что у Стрельникова были реальные основания опасаться за свою жизнь и здоровье и он имел право на необходимую оборону.

Указание в приговоре, что после пресечения посягательства Камнева никакой опасности для жизни и здоровья Стрельникова не было, поскольку Камнев лежал, а Русалев в это время находился без сознания, не соответствует обстоятельствам, изложенным в приговоре, согласно которым Камнев, поднявшись, вновь пошел к Стрельникову, а затем Русалев, придя в сознание, пытался ударить его планкой. Ссылка на то, что Стрельников имел возможность покинуть квартиру, также противоречит установленным судом обстоятельствам. Кроме того, это не соответствует и требованиям, изложенным в ст.37 УК РФ, согласно которой право на необходимую оборону принадлежит лицу независимо от возможности избежать общественно опасного посягательства или обратиться за помощью к другим лицам или органам власти.

Вместе с тем из материалов дела усматривается, что Стрельников, имея хорошую физическую подготовку, оказал Камневу и Русалеву активное сопротивление и обезоружил при этом, как первого, так и второго. Впоследствии, учитывая, что Русалев был в средней степени опьянения, а Камнев в сильной степени, Стрельников имел реальную возможность осуществить свою защиту менее опасными средствами, не лишая их жизни. Несмотря на это, он применил нож и нанес им множество ударов нападавшим, что явно не вызывалось ни характером посягательства, ни реальной обстановкой. В связи с этим действия Стрельникова подлежат переквалификации с пп. «к», «н» ч.2 ст.105 УК РФ на ч.1 ст.108 УК РФ.

Военная коллегия приговор военного суда флота изменила, исключив указание об убийстве Стрельниковым Камнева из мести, а Русалева с целью скрыть другое преступление, переквалифицировала его действия с пп. «к», «н» ч.2 ст.105 УК РФ на ч.1 ст.108 того же УК, по которой назначила ему наказание в виде двух лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима и за отбытием этого срока освободила из-под стражи. В остальной части приговор оставлен без изменения» [5] .

Таким образом, по ч. 1 ст. 108 УК может квалифицироваться убийство, когда обороняющийся сознательно прибегнул к защите такими средствами и способами, которые явно не вызывались ни характером нападения, ни реальной обстановкой, и без необходимости умышленно причинил нападающему смерть. Неосторожное же причинение смерти посягающему при отражении общественно опасного (преступного) посягательства не влечет уголовной ответственности.

В заключение подчеркнем, что убийство необходимо отграничивать и от невиновного причинения вреда — казуса (случай), имеет место, когда лицо не предвидело общественно опасных последствий своего действия или бездействия и по обстоятельствам дела не должно было и не могло их предвидеть.

[1] Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за II квартал 2001 г. (по уголовным делам) (утв. постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 26 сентября 2001 г.) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. — 2001 г. — №12. — стр.12.

[2] Определение СК Верховного Суда РФ от 13 июня 1995 г. // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. — 1996 г. — №.8. — С. 9.

[3] Кузнецов В.И. Понятие убийства в Российском уголовном праве // ЭЖ-Юрист. — №19. – 2003. – с.26.

[4] Определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 29 января 2003 г. «Судебная коллегия действия осужденного переквалифицировала с ч. 1 ст. 105 УК РФ (убийство) на ч. 1 ст. 107 УК РФ (убийство, совершенное в состоянии аффекта)» (извлечение) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. — ноябрь 2003 г. – №11.

[5] Определение ВК Верховного Суда РФ по делу Стрельникова от 18 января 2000 г. № 2-0131/99 «Действия лица, совершившего убийство при превышении пределов необходимой обороны ошибочно квалифицированы как убийство, совершенное неоднократно и с целью скрыть другое преступление»

Еще по теме:

  • Украина закон развод Закон Украины "О разводе" Законодательство о разводе (прекращении брака) обосновывается в Семейном Кодексе Украины. Выдержка из Семейного кодекса Украины о прекращении брака […]
  • Какому виду состава преступления относится разбой Виды составов преступления Группы соста­вов преступлений 1. В уголовном праве различают несколько видов (групп) соста­вов преступлений. В основу классификации могут быть положены […]
  • Материнский капитал за первого ребенка 2018 Госдума приняла закон о ежемесячных выплатах при рождении первого ребенка МОСКВА, 21 декабря. /ТАСС/. Госдума приняла в четверг в третьем, окончательном чтении президентский законопроект […]
  • Ст 109 и ст 111 Стаття 109. Загальні положення Податковий кодекс України (ПКУ) перевірено сьогодні кодекс від 01.09.2018 вступив у чинність 02.12.2010 Ст. 109 ПКУ в останній чинній редакції від 2 […]
  • По 105 ч 2 пункт а ук рф Уголовный кодекс РФ c комментариями Комментарий к статье 105 1. Статья 105 нового УК состоит из двух частей. В ч. 1 речь идет об убийстве без отягчающих и без смягчающих обстоятельств, т. […]
  • Санкции статьи 111 ук рф Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью (ст.111 УК РФ) и причинение тяжкого вреда по неосторожности (ст.118 УК РФ). Различия и сходства 1. Различия в санкциях (наказаниях). Уголовно — […]