Конституционные нормы регламентирующие отношения в сфере уголовного судопроизводства

Уголовный процесс
Сайт Константина Калиновского

Смирнов А.В. Калиновский К.Б.
Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.В. Смирнова. СПб.: Питер, 2003. 1008 с.

Статья 1. Законы, определяющие порядок уголовного судопроизводства

1. Порядок уголовного судопроизводства на территории Российской Федерации устанавливается настоящим Кодексом, основанным на Конституции Российской Федерации.>

2. Порядок уголовного судопроизводства, установленный настоящим Кодексом, является обязательным для судов, органов прокуратуры, органов предварительного следствия и органов дознания, а также иных участников уголовного судопроизводства.

3. Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью законодательства Российской Федерации, регулирующего уголовное судопроизводство. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные настоящим Кодексом, то применяются правила международного договора.

1. Уголовно-процессуальный кодекс ставит знак равенства между уголовно-процессуальным законодательством и законодательством, определяющим порядок уголовного судопроизводства, т.е. отождествляет понятия уголовного процесса и уголовного судопроизводства. Согласно п. 56 ст. 5 УПК РФ уголовное судопроизводство — это не только судебное, но и досудебное производство по уголовному делу. Таким образом, не только собственно судебные стадии процесса, но и стадии возбуждения уголовного дела и предварительного расследования также считаются частью судопроизводства. Этим подчеркивается, что деятельность органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, других участников процесса на досудебных стадиях осуществляется не сама по себе, но тесно связана с деятельностью суда и создает необходимые предпосылки для осуществления правосудия по уголовным делам. Прежнее уголовно-процессуальное законодательство (УПК РСФСР 1960 г., Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик 1958 г. и др.) также определяло уголовный процесс как судопроизводство, однако, реально на досудебных стадиях до недавнего времени суд не участвовал. По новому Кодексу предусмотрено постоянное участие в этих стадиях суда, который в виде судебного контроля осуществляет здесь правосудие за деятельностью органов предварительного расследования и прокурора.

2. Порядок уголовного судопроизводства — это условия, процедуры и гарантии, регулирующие деятельность участников процесса. Они установлены нормами уголовно-процессуального права, которые содержатся лишь в строго определенных источниках. Под источниками права в юридическом смысле обычно понимается та или иная внешняя форма выражения правовых норм. Основной источник уголовно-процессуального права — это закон.

При этом необходимо особо подчеркнуть, что согласно новому уголовно-процессуальному законодательству единственными законами, которые могут быть источником уголовно-процессуального права являются Уголовно-процессуальный кодекс (далее — УПК) и Конституция Российской Федерации, на которой Кодекс основан. Юридически это означает следующее:

а) при определении порядка уголовного судопроизводства по делу прямому применению подлежит только УПК, а в случаях, если его отдельные положения противоречат конституционным нормам, — Конституция Российской Федерации;

б) в случае, если уголовно-процессуальные нормы содержатся в каких-либо иных источниках, они не должны противоречить УПК и Конституции и подлежат приведению в соответствие с ними;

в) если в каком-либо ином федеральном законе содержатся новые уголовно-процессуальные нормы, они могут применяться только после того, как будут включены (инкорпорированы) в УПК.

Названные правила предохраняют уголовный процесс от проникновения в него чужеродных норм, не отвечающих демократическим принципам судопроизводства и противоречащих внутренней системе УПК, что является важной политической гарантией против рецидивов авторитаризма в области уголовного процесса.

Законом «О введении в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» от 18 декабря 2001 г. (ст. 4) установлено, что «действующие на территории Российской Федерации федеральные законы и иные нормативные правовые акты, связанные с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, подлежат приведению в соответствие с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Впредь до приведения в соответствие с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации указанные федеральные законы и иные нормативные правовые акты применяются в части, не противоречащей Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации».

В настоящий момент продолжают действовать следующие законы и иные нормативные акты, в которых содержатся нормы, имеющие отношение к порядку производства по уголовным делам: Федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации» от 31 декабря 1996 г., Закон РФ от 8 июля 1981 г. «О судоустройстве РСФСР» (с изменениями на 2 января 2000 года); Федеральный конституционный закон «О военных судах Российской Федерации» от 23 июня 1999 г.; Закон РФ «О статусе судей в Российской Федерации» от 26 июня 1992 г.; Закон РФ «О прокуратуре Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 17 ноября 1995 г.); Закон РФ «О милиции» от 18 апреля 1991 г., Положение о милиции общественной безопасности (местной милиции) в Российской Федерации, утвержденное Указом Президента РФ от 12 февраля 1993 г. № 209; Закон РФ «Об органах федеральной службы безопасности в Российской Федерации» от 3 апреля 1995 г.; Закон РФ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» от 15 июля 1995 г.; Закон РФ » О федеральных органах налоговой полиции» от 24 июня 1993 г.; Таможенный кодекс Российской Федерации от 18 июня 1993 г., Закон РФ «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12 августа 1995 г.; Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации от 8 января 1997 г.; Закон РФ «Об исполнительном производстве» от 21 июля 1997 г., Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» от 31 мая 2002 г.; Положение о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда (утвержденное Президиумом Верховного Совета СССР 18 мая 1981 г.); Федеральный закон «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31 мая 2001 г.; Федеральный закон «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» от 2 июля 1992 г. и др.

3. Согласно ст. 90 Конституции Президент РФ издает указы, обязательные на всей территории РФ. Известны случаи, когда указы содержали уголовно-процессуальные нормы (например, отмененный ныне Указ Президента РФ от 14 июня 1994 N 1226 «О неотложных мерах по защите населения от бандитизма и иных проявлений организованной преступности»). В силу ч. 3 ст. 90 Конституции указы не должны противоречить как самой Конституции, так и федеральным законам. Более того, представляется, что в случае, когда указом создаются новые уголовно-процессуальные нормы, не известные Кодексу, они могут применяться только в том случае, если будут инкорпорированы в УПК.

4. В силу ч. 3 ст. 15 Конституции РФ не могут применяться законы, а также любые иные нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы, обязанности человека и гражданина, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения. В соответствии с указанным конституционным положением суд не вправе основывать свое решение на неопубликованных нормативных актах, затрагивающих права, свободы, обязанности человека и гражданина. Порядок официального опубликования федеральных нормативно правовых актов определен ФЗ «О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания» и Указом Президента РФ от 21 января 1993 «О нормативных актах центральных органов государственного управления Российской Федерации».

5. Значение Конституции РФ в уголовном судопроизводстве определяется тем, что она содержит ряд основополагающих норм, которым ввиду ее высшей юридической силы должно соответствовать отраслевое уголовно-процессуальное законодательство. Это, прежде всего, положения главы второй Конституции, касающиеся прав и свобод человека и гражданина в уголовном процессе — равенство всех перед законом и судом, неприкосновенность личности, частной жизни, тайна переписки и сообщений, защита чести и доброго имени, неприкосновенность жилища, право на доступ к правосудию и судебную защиту, презумпция невиновности, право на получение квалифицированной юридической помощи и т.д. Кроме того, Конституция в главе седьмой устанавливает основы судебной власти — состязательность и гласность судопроизводства, неприкосновенность и несменяемость судей, запрет на создание чрезвычайных судов. Устанавливая эти нормы, Конституция закладывает основы построения отраслевого законодательства. Вместе с тем Конституция — это и акт прямого действия (ч. 1 ст. 15 Конституции РФ). При необходимости (например, в случае противоречия основному закону отдельных уголовно-процессуальных норм, обнаружения пробелов в отраслевом законодательстве) конституционные нормы могут применяться в уголовном процессе непосредственно. Благодаря этому, Конституция выступает гарантом соблюдения в уголовном процессе прав человека и демократических основ судопроизводства.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. 2 постановления от 31.10.95 N 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» , суд при разрешении дела должен непосредственно применять конституционные нормы, когда:

а) закрепленные нормой Конституции положения, исходя из ее смысла, не требуют дополнительной регламентации и не содержат указания на возможность ее применения при условии принятия федерального закона, регулирующего права, свободы, обязанности человека и гражданина и другие положения;

б) суд придет к выводу, что федеральный закон, действовавший на территории Российской Федерации до вступления в силу Конституции Российской Федерации, противоречит ей;

в) суд придет к убеждению, что федеральный закон, принятый после вступления в силу Конституции Российской Федерации, находится в противоречии с соответствующими положениями Конституции;

г) когда закон либо иной нормативный правовой акт, принятый субъектом Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, противоречит Конституции Российской Федерации, а федеральный закон, который должен регулировать рассматриваемые судом правоотношения, отсутствует.

Следует, однако, иметь в виду, что согласно п. «о» ст. 71 Конституции РФ уголовно-процессуальное законодательство относится к исключительному ведению Российской Федерации. Поэтому субъекты Российской Федерации не вправе принимать законы, регулирующие порядок производства по уголовным делам. Если закон либо иной нормативный правовой акт субъекта Российской Федерации все же включает нормы, которые противоречат УПК РФ, то, в соответствии с ч. 5 ст. 76 Конституции РФ, действуют положения Кодекса.

6. Как записано в ч. 3 ст. 1 УПК РФ, «общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью законодательства Российской Федерации, регулирующего уголовное судопроизводство. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные настоящим Кодексом, то применяются правила международного договора». Трудно представить, как нормы международных договоров и международные обычаи могут быть частью «законодательства». Имеется в виду, что международные нормы есть часть правовой системы России.

В международных договорах, касающихся вопросов уголовного процесса, могут найти закрепление как общепризнанные всем Мировым Сообществом принципы и нормы, так и нормы, регулирующие отношения только участвующих в них государств. В зависимости от количества участников договоры бывают многосторонними и двусторонними. Состав и уровень их участников также может быть различным. Согласно п.2 ст. 3 Федерального закона «О международных договорах Российской Федерации» от 15 июля 1995 г. «международные договоры Российской Федерации заключаются с иностранными государствами, а также с международными организациями от имени Российской Федерации (межгосударственные договоры), от имени Правительства Российской Федерации (межправительственные договоры), от имени федеральных органов исполнительной власти (договоры межведомственного характера)». Наибольшее значение для уголовного процесса имеют договоры о правовой помощи, определяющие порядок взаимодействия судебных и следственных органов разных стран при осуществлении уголовного преследования лиц, находящихся за пределами государств, где были совершены преступления; исполнении поручений о производстве процессуальных действий и т.д. Значительное количество таких договоров было в свое время заключено СССР с социалистическими государствами, а также с Алжиром, Грецией, Ираком, Тунисом, Финляндией и некоторыми другими странами. Часть из них продолжает действовать и поныне. В 90-е годы Россией были подписаны аналогичные соглашения с Китаем, Литвой, Эстонией и Латвией, а также рядом государств-членов СНГ. Среди них — многосторонняя Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, подписанная в Минске 22 января 1993 г. (вступила в силу 10 декабря 1994 г.). Россией подписаны и ратифицированы Европейская Конвенция о выдаче от 13 декабря 1957 г. и Европейская конвенция о взаимной правовой помощи по уголовным делам от 20 апреля 1959 г. Большое количество договоров межведомственного характера о сотрудничестве в сфере борьбы с преступностью заключено с правоохранительными органами других государств Министерством внутренних дел и Генеральной прокуратурой Российской Федерации.

Кроме договоров о правовой помощи порядок взаимоотношений российских правоохранительных органов с иностранными гражданами и должностными лицами может регулироваться также консульскими конвенциями. В соответствии с ними консулы вправе представлять перед судами и следственными органами страны пребывания граждан назначившего их государства, если эти граждане из-за отсутствия или по каким-либо другим уважительным причинам не могут сами защищать свои права и интересы.

Общепризнанные международные принципы и нормы существуют как в форме норм, установленных международными договорами, так и в форме юридических обычаев, которые составляют так называемое общее международное право. Статутом Международного Суда ООН от 26 июня 1945 г. обычай определен как доказательство «общей практики, принятой в качестве правовой нормы» (п. 1 «b» ст. 38).

Обычная норма становится принадлежностью общего международного права в результате ее признания если не всеми, то большинством государств, представляющих основные политические и правовые системы. Современные международно-правовые обычаи склонны к приобретению формальной определенности, так как общепризнанные принципы и нормы, как правило, находят отражение в многосторонних конвенциях и соглашениях (среди которых для уголовного судопроизводства первостепенное значение имеют Международный пакт о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г., Конвенция о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г., а также Конвенция Содружества Независимых Государств о правах и основных свободах человека от 26 мая 1995 г.), и кроме того, — в иных документах международного права: декларациях, резолюциях международных органов и организаций, конференций, решениях международных судов и т.д. Они содержатся во Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г., в Декларации о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 24 октября 1970 г., документах Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе. Авторитет названных документов особенно высок. Конституционный Суд Российской Федерации не раз в своих решениях ссылался на Всеобщую декларацию прав человека и т.д.

Особенностью формирования современных обычных норм международного права в области уголовного судопроизводства является растущее влияние на них так называемых рекомендательных норм, или международных стандартов, в разработке которых основная роль принадлежит Конгрессу ООН по предупреждению преступлений и обращению с правонарушителями. Документы Конгресса обычно подтверждаются резолюциями Генеральной Ассамблеи ООН. Среди них Кодекс поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка (1979 г.), Основные принципы независимости суда (1985 г.), Свод принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме (1988 г.), Основные положения о роли адвокатов (1990 г.) и др. Обоснование того, является ли та или иная норма общепризнанной, не всегда бывает легким делом. В качестве доказательств общепризнанного характера нормы могут служить: а) фиксация нормы в международных документах, б) отсутствие протестов государств против ее общепризнанного характера; в) фактическое признание нормы (так называемая трансформация) законодательством достаточно представительного круга государств.

Наиболее близкое отношение к уголовному судопроизводству имеют следующие общепризнанные международно-правовые принципы:

  • суверенного равенства государств;
  • невмешательства во внутренние дела;
  • неприменения силы и угрозы силой;
  • добросовестного выполнения государствами своих международных обязательств;
  • межгосударственного сотрудничества и солидарности государств;
  • гуманизма, уважения прав человека и справедливости.

Так, согласно принципам суверенного равенства и невмешательства во внутренние дела ни одно государство не вправе издавать законы либо производить действия, распространяющие его судебную юрисдикцию на территорию других государств без согласия последних. Например, должны считаться юридически ничтожными результаты процессуальных действий, совершенных следственными органами одного государства на территории другого, если это не предусмотрено соответствующим межгосударственным договором. Принцип неприменения силы и угрозы силой означает, что ни одно государство не может добиваться применения своего внутреннего права путем похищения или захвата лиц на территории другого суверенного государства либо требовать их выдачи под угрозой военных акций и т.п. Принцип добросовестного выполнения государствами международных обязательств проявляется в том, что положения национального уголовно-процессуального законодательства не могут служить основанием для отказа от выполнения международных обязательств. Если в законе имеются нормы, противоречащие международному договору, заключенному государством, то в силу данного принципа применяются нормы договора, а закон должен быть приведен в соответствие с международными обязательствами. Принцип межгосударственного сотрудничества и солидарности государств находит выражение, прежде всего, в широкой практике заключения международных договоров об оказании правовой помощи, в том числе и по уголовным делам.

К числу общепризнанных международно-правовых норм, касающихся уголовного процесса, следует, например, отнести нормы, устанавливающие:

1) недопустимость применения в уголовном процессе пыток или жестоких, бесчеловечных или унижающих человеческое достоинство видов обращения или наказания, право на гуманное отношение и уважение достоинства личности. (ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Рим, 4 ноября 1950 г.; Конвенция ООН против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания от 10 декабря 1984 г.; принцип 6 Свода принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме, утвержденного Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 43/173 от 9 декабря 1988 года);

2) запрет на выдачу лица другому государству, если: а) существуют серьезные основания полагать, что ему может угрожать там применение пыток или смертной казни; б) преступление, в отношении которого запрашивается выдача, рассматривается запрашиваемой стороной в качестве политического преступления либо имеются достаточные основания полагать, что запрос о выдаче имеет целью преследование или наказание лица в связи с его расой, религией, национальностью или политическими убеждениями либо за другое преступление, нежели то, которое было указано в запросе (ст. 3 Европейской Конвенции о выдаче. Страсбург, 13 декабря 1957 г.);

3) недопустимость произвольного ареста или содержания под стражей: «Никто не должен быть лишен свободы иначе, как на таких основаниях и в соответствии с такой процедурой, которые установлены законом» (ст. 9 Международного Пакта о гражданских и политических правах. Нью-Йорк, 19 декабря 1966 г.; ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод);

4) право арестованного или задержанного на судебную проверку законности ареста или задержания в срочном порядке, т.е. без неоправданных проволочек, в течение разумного, достаточно краткого времени (ст. 9 Международного Пакта о гражданских и политических правах; п.3 ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод; п. 3 ст. 5 Конвенции СНГ о правах и основных свободах человека; принципы 11, 32 Свода принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме);

5) право задержанного или арестованного на заявление ходатайства об уведомлении членов семьи или иных лиц по его выбору о факте задержания или ареста и о месте, в котором он содержится; право на посещение членами семьи и переписку с ними (принципы 16, 19 Свода принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме);

6) право задержанного или арестованного на проведение медицинского обследования (принципы 24-26 Свода принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме);

7) запрет на применение к задержанному таких методов расследования, которые нарушают его способность принимать решения или выносить суждения, в том числе запрет злоупотреблять положением задержанного с целью получения от него показаний против него самого или каких-либо других лиц (принцип 21 Свода принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме);

8) запрет на введение неоправданных ограничений в отношении задержанных или арестованных, не вызываемых непосредственной необходимостью с точки зрения целей задержания или ареста (принцип 36 Свода принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме);

9) право на компенсацию каждому, кто был жертвой незаконного ареста или содержания под стражей или незаконного осуждения (ст. 9, 14 Международного Пакта о гражданских и политических правах; п. 4 ст. 5 Конвенции СНГ о правах и основных свободах человека);

10) право задержанного или обвиняемого быть подробно и в срочном порядке уведомленным на понятном ему языке о характере и основании предъявляемого ему обвинения (п. 3 (а) ст. 14 Международного Пакта о гражданских и политических правах; п. 3 (а) ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, принцип 10 Свода принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме);

11) право каждого обвиняемого в уголовном преступлении считаться невиновным, пока виновность его не будет доказана согласно закону, т.е. презумпцию невиновности (ст. 11 Всеобщей декларации прав человека; п.2 ст. 14 Международного Пакта о гражданских и политических правах; п. 2 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод; п. 2 ст. 6 Конвенции СНГ о правах и основных свободах человека );

12) право лица на справедливое и гласное рассмотрение предъявляемого ему уголовного обвинения без неоправданной задержки на основе полного равенства компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона (ст. 10 Всеобщей декларации прав человека, принятая на третьей сессии Генеральной Ассамблеи ООН 10 декабря 1948 г.; п. 1 ст. 14 Международного Пакта о гражданских и политических правах; п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод; п. 1 ст. 6 Конвенции СНГ о правах и основных свободах человека);

13) право иметь достаточное время и возможности для подготовки своей защиты и защищать себя лично или посредством выбранного им самим защитника (ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод п. 3 «d» ст. 14 Международного Пакта о гражданских и политических правах; п.3 «b» ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод);

14) право на оказание квалифицированной юридической помощи со стороны компетентного адвоката (п.6 Основных положений о роли адвокатов, принятых восьмым Конгрессом ООН по предупреждению преступлений и обращению с правонарушителями. Нью-Йорк, август 1990 г.)

15) право на предоставление обвиняемому или подозреваемому безвозмездной помощи защитника и переводчика в случае, когда у него недостаточно средств для оплаты этого защитника или переводчика (п. 2 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод; п. 3 «d» ст. 14 Международного Пакта о гражданских и политических правах);

16) право обвиняемого допрашивать показывающих против него свидетелей (право на очную ставку) и право на вызов и допрос его свидетелей на тех же условиях, какие существуют для свидетелей, показывающих против него (п. «е» 3 ст. 14 Международного Пакта о гражданских и политических правах; п.3 «d» ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод);

17) запрет на принуждение лица к даче показаний против самого себя или к признанию себя виновным и право лица на отказ от дачи таких показаний (п. «g» 3 ст. 14 Международного Пакта о гражданских и политических правах);

18) право на пересмотр осуждения и приговора вышестоящей судебной инстанцией согласно закону (п. 5 ст. 14 Международного Пакта о гражданских и политических правах);

19) правило non bis in idem (нельзя дважды за одно и то же — лат.), т.е. запрет на вторичное уголовное преследование и привлечение лица к уголовной ответственности за преступление, за которое он уже был окончательно осужден или оправдан (п. 7 ст. 14 Международного Пакта о гражданских и политических правах);

20) право каждого приговоренного к смертной казни обжаловать приговор в апелляционном порядке в суд высшей инстанции и подать прошение о помиловании, причем помилование или замена приговора могут быть предоставлены во всех случаях вынесения смертного приговора.( п. 6, 7 Мер, гарантирующих защиту прав тех, кто приговорен к смертной казни, одобренных 21 пленарным заседанием Экономического и Социального Совета ООН 25 мая 1984 г.) и др.

7. Коль скоро общепризнанные принципы и нормы международного права, а также международные договоры являются частью правовой системы России следует иметь в виду правила взаимоотношений норм международного и внутреннего уголовно-процессуального права. Всякий раз, оценивая юридическую силу и значение этих норм в случае их конкуренции, необходимо учитывать следующее: 1)

Нормы международных договоров имеют приоритет над нормами внутреннего законодательства, то есть в случае их коллизии применяются нормы договора, а не Уголовно-процессуального кодекса и любых других законов (п. 4 ст. 15 Конституции РФ).

2) В соответствии с ч. 3 ст. 5 Федерального закона «О международных договорах Российской Федерации» непосредственно могут действовать только положения международных договоров, удовлетворяющие одновременно следующим условиям: а) договор официально опубликован; б) положения договора должны быть самоисполнимы, то есть не нуждаться в издании внутригосударственных актов в целях их применения. Для осуществления иных положений международных договоров Российской Федерации должны приниматься соответствующие правовые акты. Так, например, упомянутая выше общепризнанная норма международного права о судебном обжаловании законности задержания в течение разумного срока самоисполнима и в принципе могла бы быть реализована даже без принятия дополнительных законов, а вот норма о праве на компенсацию ввиду незаконного задержания или ареста предполагает наличие законодательных норм, конкретизирующих виды и процедуру такой компенсации.

3) Из буквального толкования ч. 3 ст. 1 УПК РФ следует, что, несмотря на упоминание в первом предложении этой части общепризнанных принципов и норм международного права наряду с международными договорами, преимущественная сила перед законами Российской Федерации признается только за международными договорами. Однако из сопоставления п. 1 ст. 17 и ст. 18 Конституции РФ следует, что общепризнанные принципы и нормы международного права, касающиеся прав человека и гражданина, в том числе и в области уголовного судопроизводства, всегда имеют приоритет над внутренними законами и являются непосредственно действующими.

4) В случае противоречия договоров межведомственного характера и федерального закона всегда применяются нормы закона.

5) Межгосударственные и межправительственные договоры имеют приоритет над межведомственными соглашениями.

8. Если отдельные отношения, возникающие в уголовном судопроизводстве, прямо не урегулированы нормами закона, то при определенных условиях допускается применение аналогии уголовно-процессуального закона или аналогии уголовно-процессуального права. Аналогия закона может иметь место тогда, когда на неурегулированное отношение распространяют действие законодательной нормы, регулирующей сходное правоотношение. Так, например, в новом УПК РФ, в отличие от ранее действовавшего законодательства (ст. 70 УПК РСФСР), нигде не сказано о том, что суд может истребовать предметы и документы. Подобное право по буквальному смыслу закона предоставлено лишь прокурору, следователю, органу дознания, дознавателю (ч. 4 ст. 21) и адвокату (ч. 3 ст. 86 УПК РФ). В то же время суд вправе проводить следственные и иные процессуальные действия (ч. 1 ст. 86 УПК РФ). Представляется, что по аналогии с ч. 4 ст. 21 УПК РФ суд также может делать и запросы о предоставлении ему необходимых сведений, обязательные для исполнения всеми учреждениями, предприятиями, организациями, должностными лицами и гражданами.

Аналогия права применяется лишь в крайних случаях, когда нет уголовно-процессуальной нормы, подходящей для применения по аналогии закона. Тогда для урегулирования возникающих в процессе отношений могут применяться непосредственно общие начала и принципы уголовно-процессуального права. Примером широкого применения аналогии права в уголовном процессе могут служить многие решения Конституционного Суда РФ, которыми пробелы в законодательстве, вызванные признанием неконституционными ряда норм УПК, заполнены с помощью интерпретации общих правовых положений и принципов, содержащихся в Конституции РФ и нормах международного права.

Статья 1. Законы, определяющие порядок уголовного судопроизводства

СТ 1 УПК РФ

1. Порядок уголовного судопроизводства на территории Российской Федерации устанавливается настоящим Кодексом, основанным на Конституции Российской Федерации.

2. Порядок уголовного судопроизводства, установленный настоящим Кодексом, является обязательным для судов, органов прокуратуры, органов предварительного следствия и органов дознания, а также иных участников уголовного судопроизводства.

3. Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью законодательства Российской Федерации, регулирующего уголовное судопроизводство. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные настоящим Кодексом, то применяются правила международного договора.

Комментарий к Статье 1 Уголовно-процессуального кодекса

1. Уровень демократии в обществе традиционно определяется степенью защиты основных прав и свобод в уголовном судопроизводстве. В действующей Конституции России содержится около 40 статей (ст. ст. 10, 11, 15, 17 — 26, 45 — 55, 61 — 63, 67, 72, 77, 93, 98, 118 — 129), которые непосредственно определяют идеологию действующего Уголовно-процессуального кодекса РФ. Конституция РФ обладает высшей юридической силой и имеет прямое действие на всей территории Российской Федерации. Нормы УПК РФ не должны противоречить конституционным принципам осуществления правосудия, а также основным положениям Конституции РФ, определяющим основные права и свободы граждан, вовлеченных в уголовное судопроизводство.

2. Уголовно-процессуальная деятельность по уголовным делам регламентируется на территории Российской Федерации Уголовно-процессуальным кодексом РФ. При этом положения Уголовно-процессуального кодекса РФ не должны противоречить Конституции РФ. В тех случаях, когда нормы УПК РФ противоречат Конституции РФ, в соответствии с положениями ч. 1 ст. 15 Конституции РФ, регламентирующими высшую юридическую силу по отношению к другим нормативным правовым актам, а также прямое действие на всей территории России, производство по уголовному делам производится с соблюдением норм Конституции РФ. При этом нормы, составляющие Уголовно-процессуальный кодекс РФ, формируются и принимаются на основе положений самой Конституции РФ и в соответствии с ней. Кроме того, сам процессуальный порядок уголовного судопроизводства на территории России в соответствии с п. «о» ст. 71 Конституции РФ находится в ведении самой Российской Федерации, а не в ведении субъектов РФ.

3. УПК РФ, представляя собой обычный федеральный закон, не имеет преимущества перед другими федеральными законами с точки зрения определенной непосредственно Конституцией РФ иерархии нормативных актов. Но при этом уголовно-процессуальная деятельность при производстве по уголовному делу регламентируется по правилам, установленным УПК РФ. Кроме того, для УПК РФ очень важное значение имеют положения, которые определены в Постановлении Конституционного Суда РФ от 29 июня 2004 г. N 13-П. Дело в том, что для УПК РФ как для обычного федерального закона, который не имеет преимуществ перед другими федеральными законами, обладающими одинаковой юридической силой, применяется правило lex posterior derogat priori («последующий закон отменяет предыдущие»). Данное правило означает, что даже если в последующем законе отсутствует специальное предписание об отмене ранее принятых законоположений, в случае коллизии между ними действует последующий закон; вместе с тем независимо от времени принятия приоритетными признаются нормы того закона, который специально предназначен для регулирования соответствующих отношений .
———————————
См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 29 июня 2004 г. N 13-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 7, 15, 107, 234 и 450 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы» // .

4. При производстве по уголовному делу суды, органы прокуратуры, органы предварительного следствия и органы дознания, а также иные участники уголовного судопроизводства должны учитывать положения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 г. N 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществления правосудия» (в ред. Постановлений Пленума Верховного Суда РФ от 6 февраля 2007 г. N 5; от 16 апреля 2013 г. N 9; от 3 марта 2015 г. N 9). Так, в соответствии с п. 2 Пленума ВС РФ от 31 октября 1995 г. N 8 при рассмотрении дел следует оценивать содержание закона или иного нормативного правового акта, регулирующего рассматриваемые судом правоотношения, и во всех необходимых случаях применять Конституцию РФ в качестве акта прямого действия. При этом суд, разрешая дело, применяет непосредственно Конституцию, в частности:

а) когда закрепленные нормой Конституции положения исходя из ее смысла не требуют дополнительной регламентации и не содержат указания на возможность ее применения при условии принятия федерального закона, регулирующего права, свободы, обязанности человека и гражданина и другие положения;

б) когда Конституционным Судом РФ выявлен пробел в правовом регулировании либо когда пробел образовался в связи с признанием не соответствующими Конституции нормативного правового акта или его отдельных положений с учетом порядка, сроков и особенностей исполнения решения Конституционного Суда РФ, если они в нем указаны.

В случаях, когда статья Конституции РФ является отсылочной, суды при рассмотрении дел должны применять закон, регулирующий возникшие правоотношения. Наличие решения Конституционного Суда РФ о признании неконституционной той или иной нормы закона не препятствует применению закона в остальной его части. В случае неопределенности в вопросе о том, соответствует ли Конституции подлежащий применению по конкретному делу закон, суд обращается в Конституционный Суд РФ с запросом о конституционности этого закона. Такой запрос в соответствии со ст. 101 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» может быть сделан судом любой инстанции и в любой стадии рассмотрения дела.

5. Положения норм комментируемой статьи 1 УПК РФ находятся в причинной связи с положениями норм ст. 7 УПК. При этом весь процессуальный порядок производства по уголовным делам должен соответствовать только положениям норм УПК РФ. Это означает, что порядок проведения доследственной проверки, возбуждения уголовного дела, производства предварительного расследования, определения подсудности, подготовки к судебному заседанию, судебного разбирательства, апелляционного производства по уголовному делу, исполнения приговора, кассационного и надзорного производства по уголовному делу и т.д. должен быть определен только положениями норм Уголовно-процессуального кодекса РФ. Кроме того, процессуальный статус всех участников уголовного судопроизводства, их уголовно-процессуальная деятельность, а также и само назначение уголовного судопроизводства тоже определяются в положениях только норм УПК РФ. В этой связи является существенным обязательный и единообразный характер уголовно-процессуальной деятельности на территории России судов, органов прокуратуры, органов предварительного следствия и органов дознания, а также иных участников уголовного судопроизводства. Обязательный характер уголовно-процессуальной деятельности участников уголовного судопроизводства, регламентированный в нормах УПК РФ, определяется исходя из полномочий самих участников уголовного судопроизводства, которые определены в положениях норм УПК РФ. Единообразное применение уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации в соответствии с п. 1 ч. 7 ст. 2 Федерального конституционного закона от 5 февраля 2014 г. N 3-ФКЗ «О Верховном Суде РФ» обеспечивает Верховный Суд РФ посредством изучения и обобщения судебной практики.

6. Уголовно-процессуальный закон является основным источником уголовно-процессуального права. Однако в ходе производства по уголовным делам иногда возникает необходимость обращаться и к другим источникам, к которым следует отнести принципы и нормы международного права, международные договоры России в той части, в которой они не противоречат Конституции РФ, национальным интересам и интересам безопасности страны.

7. В правоприменении важным является толкование норм процессуального права, в ходе которого правоприменитель обязан уяснить волю законодателя, сформулированную в норме права. Нормы права необходимо толковать в их взаимосвязи, систематическое правило толкования норм права является одним из основных в уголовном судопроизводстве.

8. Важную роль в процессе толкования права и правоприменения играют постановления Пленума Верховного Суда РФ, а также решения Конституционного Суда РФ. Признавая те либо иные нормы УПК РФ не соответствующими Конституции, Конституционный Суд РФ способствует обеспечению и защите конституционных прав личности, его решения обязательны для всех органов государственной власти, в том числе и для суда.

9. Важнейшее значение для уголовного судопроизводства имеют международно-правовые акты, определяющие важнейшие стандарты уголовного судопроизводства. К ним относятся Всеобщая декларация прав человека (1948), Международный пакт о гражданских и политических правах (1966), Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания (принятая в 1984 г. и вступившая в силу в 1987 году), Минимальные стандартные правила Организации Объединенных Наций, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних («Пекинские правила») (принятые Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 40/33 от 10 декабря 1985 г.), и др. Особое значение с точки зрения определения стандартов уголовного правосудия в последние годы приобретают положения Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (1950). Данная Конвенция и Протоколы к ней являются международными договорами Российской Федерации. При этом толкование и интерпретация этих норм осуществляется Европейским судом по правам человека. Из положений ст. 46 Конвенции, ст. 1 Федерального закона от 30 марта 1998 г. N 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней» следует, что правовые позиции Европейского суда по правам человека, которые содержатся в окончательных постановлениях Европейского суда, принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для судов в РФ. Кроме того, в соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 июня 2013 г. N 21 «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней» с целью эффективной защиты прав и свобод человека судами учитываются правовые позиции Европейского суда, изложенные в ставших окончательными постановлениях, которые приняты в отношении других государств — участников Конвенции. При этом правовая позиция учитывается судом, если обстоятельства рассматриваемого им дела являются аналогичными обстоятельствам, ставшим предметом анализа и выводов Европейского суда. Так, например, Президиум Верховного Суда РФ в 2014 году возобновил производство по уголовному делу ввиду новых обстоятельств в отношении К., осужденного за разбой и убийство, сопряженное с разбоем, в связи с тем, что по данному уголовному делу ЕСПЧ установил нарушение п. 1 и подп. «c» п. 3 ст. 6 Конвенции. При этом Президиум Верховного Суда РФ Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 18 декабря 2003 г. в отношении К., а также Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 18 декабря 2003 г. об оставлении без удовлетворения ходатайства осужденного К. об участии в рассмотрении дела в суде кассационной инстанции отменил и передал уголовное дело на новое кассационное рассмотрение . При этом уже при повторном судебном рассмотрении данного уголовного дела суд должен устранить выявленные ЕСПЧ нарушения правовых норм Конвенции и рассмотреть уголовное дело в соответствии с требованиями правовых норм Конвенции.
———————————
См.: Постановление Президиума ВС РФ от 30 июля 2014 г. N 83-П14 // .

Еще по теме:

  • Как вносить запись в трудовую книжку об увольнении по собственному желанию Как внести запись в трудовую книжку при увольнении по собственному желанию? Добрый день! Сотрудник написал заявление об увольнении по собственному желанию. Как правильно сделать запись в […]
  • Мировой суд оренбурга Мировой суд оренбурга Дзержинский районный суд города Оренбурга (Суд Дзержинского района города Оренбурга) Адрес: 460056, город Оренбург, Шарлыкское шоссе, 1. Телефон: +7 3532 36-43-88 […]
  • 119 статья упк рф Статья 119. Лица, имеющие право заявить ходатайство О конституционно-правовом смысле положений пункта 5 части 4 статьи 56 и статьи 119 настоящего Кодекса учетом их нормативной взаимосвязи […]
  • Организация юристов название Общественные организации в г. Киев Справочная и контактная информация об известных профессиональных юридических компаниях - общественные организации в г. Киев: адреса, номера телефонов, […]
  • Административный регламент предоставление земельного участка в аренду 2018 Об утверждении административного регламента предоставления муниципальной услуги «Предоставление земельного участка в аренду без проведения торгов» 61 от 16.07.2018 РОССИЙСКАЯ […]
  • Людвигслуст воинская часть 47285 фото "Назад в ГСВГ" Меню навигации Пользовательские ссылки Информация о пользователе Вы здесь » "Назад в ГСВГ" » Ludwigslust. Людвигслуст. » 240 Краснознаменный МСП,в\ч пп 47285 240 […]